Примерное время чтения: 9 минут
83

Очень средняя школа

Почему у казахстанского образования есть не только сыновья, но и пасынки

ДВА ГОДА НАЗАД КАЗАХСТАНСКИЙ ИНСТИТУТ СТРАТЕГИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ ПРИ ПРЕЗИДЕНТЕ РК (КИСИ) ПРОВОДИЛ С УЧАСТИЕМ ЦЕНТРА ИССЛЕДОВАНИЙ И КОНСАЛТИНГА ОБСУЖДЕНИЕ ИНДЕКСА ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО КАПИТАЛА И ВЫЯСНИЛОСЬ, ЧТО МЫ ЖИВЁМ НЕ В ЕДИНОЙ СТРАНЕ, А В ЧЕТЫРЁХ. ПРИЧЁМ С ЧЕТЫРЁХКРАТНОЙ РАЗНИЦЕЙ ОТЛИЧАЮЩИХСЯ ДРУГ ОТ ДРУГА – УРОВНЕМ ДОХОДОВ, ПРОДОЛЖИТЕЛЬНОСТЬЮ ЖИЗНИ, РОЖДАЕМОСТЬЮ. СЕВЕР СТРАНЫ ПО ТЕМПАМ ВОСПРОИЗВОДСТВА НАСЕЛЕНИЯ ПОХОЖ НА ЕВРОПУ, НА ЮГЕ НАИБОЛЕЕ НИЗКИЕ СРЕДИ ВСЕХ РЕГИОНОВ ДОХОДЫ, А СЕВЕРО-ЗАПАД «ВОЗРАСТОМ ДОЖИТИЯ» НАПОМИНАЕТ АФРИКУ. [газетная статья]

К основным характеристикам индекса относится и наша образованность, формирующаяся, как известно, «с младых ногтей». Здесь мы также находимся в неравных условиях. Вот как видит ситуацию наш собеседник Жаслан Нурбаев, кандидат исторических наук, доцент кафедры регионоведения Евразийского национального университета имени Л.Н.Гумилёва.

Жаслан Нурбаев.
Жаслан Нурбаев. 

ШКОЛА В КУЛАКЕ

– Жаслан Есеевич, диссертацию вы защищали по истории религий в Казахстане и продолжаете эти исследования. Почему возник интерес к аналитике отечественного школьного образования?

– Меня занимает тема его неравенства в условиях города и села. Я сам больше двадцати лет назад окончил сельскую школу, и если не считать бытовых условий, то по уровню подготовки, который давали педагоги, ещё прежние, советские, она ничем не отличалась от городской. Правда, наш поселок находится всего в 15 километрах от областного центра, от Костаная. У нас была замечательная учительница иностранного, и благодаря ей в университете я «автоматом» получал зачёты по французскому. Сейчас там давно уже не осталось прежних преподавателей, но связи с родной школой я не теряю. Радуюсь, что наконец им подвели газ и водопровод, мы ведь когда-то в холодных классах занимались в перчатках и уроки учили по вечерам при свечах или керосиновой лампе из-за веерных отключений электричества.

В бытовом плане жизнь наладилась, но меня беспокоит, что заметно падает качество обучения. Особенно если сравнивать сельские малокомплектные школы (МКШ) с городскими. Неравенство в системе среднего образования стало очевидным, несмотря на бесчисленные реформы. База исследования сложилась из социологических опросов, экспертных интервью с учителями, руководителями МКШ, районных и областных управлений образования, центров повышения квалификации, региональных педагогических вузов, Центра развития малокомплектных школ Национальной академии образования имени И. Алтынсарина. Проект реализовался при финансовой поддержке Фонда «Сорос – Казахстан». В результате сложилась ясная картина происходящего, а исследование «Неравенство в системе среднего образования: анализ политики реформирования малокомплектных школ Республики Казахстан» удалось даже издать в виде книги.

-

– И опять нас поддержал благодетель Сорос… Отечественных управленцев от педагогики эти проблемы не волнуют?

– Представительство фонда помогло дать толчок развитию дальнейших исследований в этой сфере. Когда я только начал заниматься этим, то сделал много важных для себя выводов. Например, столкнулся с закрытостью среднего образовательного звена. Как будто я пытался проникнуть в некое секретное учреждение. Учителя и директора школ категорически отказывались вести диалоги без разрешения районного руководства. Оно в свою очередь требовало указаний от областного начальства. Иногда помогали дружеские связи с коллегами на родной костанайской территории, иначе пришлось бы совсем туго. Причём я видел, как педагоги внутренне были открыты к обсуждению наболевших вопросов, как им было важно найти понимание, быть услышанными. Вот только мешала боязнь окрика «сверху», а то и административных мер воздействия.

ГРУБОЕ СРАВНЕНИЕ

– В чём проявляется неравенство? Можно ли определить его в цифрах, фактах, на конкретных примерах?

– Итоги международной программы по оценке образовательных достижений учащихся (PISA) между сельскими и городскими школьниками дают разницу более 30 баллов, это эквивалент годовому отставанию. Аесли между регионами, скажем, Костанайской и Атырауской областями, то она составляет около двух лет.

– Вы хотите сказать, что знания атырауского десятиклассника – как у костанайского ученика восьмого класса?

– Это, конечно, грубое сравнение, потому что в отдельно взятом 10-м у детей также разные уровни знаний. Но в целом региональный разрыв по результатам международного исследования 2018 года – оно проводится раз в три года – очень большой, превышает 60 баллов. Более свежих данных пока нет, из-за пандемии очередная комплексная проверка в прошлом году не состоялась. Ожидается в этом, результаты будут известны в 2023-м.

– Стоит ли ожидать у наших школяров более благополучных показателей?

– Казахстан принимает участие в программе PISA с 2009 года, и, к сожалению, разрыв в неравенстве как между городом и селом, так и между регионами, только увеличивается. Это говорит о снижении в целом образовательного уровня казахстанских школьников.

– А если предположить, что международные организаторы намеренно ухудшают наши позиции в этой сфере?

– Не вижу смысла в подобных искажениях. К тому же их выводы вполне коррелируются с результатами ЕНТ. Словом, ситуация целиком и полностью зависит от нас самих, а причины составляют большой и сложный пласт. Смотрите, мы декларируем охват интернетом 98,8 процента сельской местности. Но забываем уточнить, что с его помощью можно состоять в переписке или посещать сайты, среди которых далеко не все безупречны для подростка. В селах и во множестве райцентров нет доступа к широкополосному интернету, а значит, дети и учителя лишены возможности участвовать в вебинарах, обучаться дистанционно. Пандемия со всей беспощадностью это показала, когда сельские школы оказались отрезанными от знаний на многие месяцы. Как восполнить подобные пробелы и возможно ли это в принципе? Уверен, никто не даст нам ответа на такой вопрос.

-

Вообще по школьной материально-технической базе к государству очень много вопросов. Мою школу, которая рядом с областным центром, газом и водой обеспечили совсем недавно. А те, которые за 100-150 километров от большого города? Там ведь зачастую всё как раньше: печное отопление, туалеты на улице, отсутствие спортзала, библиотеки. Две последние позиции особенно тревожны. В каждой сельской школе всегда было где заниматься физкультурой, и уж обязательно имелась библиотека. Недавно узнал, что пришла разнарядка на 2,5 млн экземпляров художественной литературы для школьных библиотек. Есть надежда, что книжки дойдут и до сельских учеников. У нас совсем небольшая часть от ВВП выделяется на среднее образование, сегодня это 3,6 процента. Сравните с украинскими семью процентами…

НАМ БЫ ХАБЫ!

– Выходит, этот и без того невеликий процент практически целиком проглатывают города, где воздвигаются помпезные школьные здания, проводятся дорогостоящие ремонтные работы?

– Всем хочется жить и учиться в комфортных условиях. Хотя… Вот статистика: в стране сегодня 7340 школ, из них в сельской местности 5225, из которых 2833 малокомплектные. Сельские школы составляют примерно 70 процентов от общего количества, если брать соотношение по числу учеников, то сельчан не намного меньше, чем городских. При этом разница в оснащенности, возможностях, обеспечении квалифицированными педкадрами огромная. Для сравнения в городских школах учителей высшей категории в полтора раза больше, чем на селе, со степенью магистра та же картина. Но самое главное даже не в степенях – в доступности дополнительного образования и самообразования. В этой профессии надо учиться всю жизнь. Сельский педагог, которого некем заменить, особенно в МКШ, может остановить свою работу максимум на две недели, чтобы съездить на краткий курс повышения квалификации.

Казалось бы, нашли достойный выход – создавать педагогические хабы на базе продвинутых школ в крупных хозяйствах или в райцентрах. Сюда периодически на две недели привозили из окрестных школ старшеклассников, интенсивно готовили по наиболее сложным предметам. Можно сказать, натаскивали. Такие же «вылазки» предоставлялись и учителям – для обеспечения их новыми методиками, научно-практическими знаниями. Ценность таких ресурсных центров быстро дала о себе знать, но их работа, несмотря на серьёзную нагрузку, была общественной, никак не оплачивалась, и энтузиазм быстро сошёл на нет.

– Всё начинается со школы, а она – с учителя. Как, на ваш взгляд, работает госпрограмма «С дипломом – в село»? Обеспечивает ли с помощью льгот приток на места свежих педагогических сил?

 – Да, но, к сожалению, ненадолго. Отработав по договору, молодёжь уезжает. И трудно их за это осудить, если нет досуговой инфраструктуры, нормального интернета, клуба итого нет. Сначала нужна политическая воля для налаживания полноценной современной жизни на селе, тогда и люди оттуда не побегут.

Но недавно у меня появился повод для осторожного оптимизма. Я принимал участие в собеседовании с абитуриентами и обнаружил среди них немало тех, кто твердо решил связать себя с учительской профессией, видит в ней большие возможности для роста, для самоуважения и достойной личной судьбы. Задача всех, от кого это впоследствии будет зависеть, не дать им повода к разочарованию.

Светлана СИНИЦКАЯ

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых