Одним из самых катастрофических эпизодов в истории планеты стала засуха в Сахеле, африканской тропической саванне между Сахарой и плодородными землями. Продлившись с 1968 по 1974 год, она обернулась масштабными экологическими, социальными и человеческими потерями. Дефицит осадков привёл к высыханию колодцев и пастбищ, минимуму сбора урожаев. Площадь озера Чад уменьшилась на 90 процентов, почти целиком вымер скот. Гибельное изменение ландшафта быстро сделало эту местность непригодной для жизни.
Массовый голод, унесший жизни более четверти миллиона человек, привёл к повальной миграции населения в другие регионы.
Последствия той беды, несмотря на активную помощь международных организаций, до сих пор окончательно не преодолены. Сегодня, во Всемирный день борьбы с опустыниванием и засухой, наша беседа с Талгатом Кертешевым, кандидатом сельскохозяйственных наук, профессором кафедры лесных ресурсов охотоведения и рыбного хозяйства Казахского национального аграрного исследовательского университета.
Соль не к столу
– Талгат Сеитович, хочется верить, что ужас, подобный африканскому, нам не грозит. И всё же каковы начальные признаки неблагополучия земли?
– Опустынивание – это процесс её деградации, особенно в засушливых регионах. Большая часть территории Казахстана как раз и относится к таким. Среди основных причин, они же ключевые приметы, дегрессия – истощение растительного покрова пастбищ, исчезновение ценных растительных культур, вместо которых идёт обильный рост сорняков, непригодных для корма животным. Кроме изменений климата такое происходит из-за бесконтрольного выпаса скота. Негативный фактор – сокращение лесонасаждений. И наконец, вред нашему самому ценному активу, почве, её плодородному слою приносят водная и ветровая эрозии, когда гумус либо смывается, либо уносится ветрами, которые превращаются в пыльные бури.
Идём дальше. В Кзылординской области 85 000 гектаров заняты рисовыми чеками, в Алматинской – 10 тысяч рисовых полей. Слов нет, ценная и необходимая агрокультура, однако её бесперебойное выращивание чревато вторичным засолением орошаемых земель. Соли буквально выходят на поверхность из-за неправильного или чрезмерного полива, и в почве снижается количество гумуса, питательных веществ.
– Неужели пора сворачивать производство риса и установить запрет на пастбищный выпас скота?
– Есть агротехнические приёмы по спасению орошаемой почвы от деминерализации, истощения. Причём надо понимать, что не допускать деградации плодородного слоя гораздо дешевле, чем бороться с её последствиями. Это же касается пастбищных угодий, которых у нас 187 млн га. Для наглядности сошлюсь на пример Монголии, где я был в прошлом году. Там за состоянием пастбищ, их использованием ведётся контроль с применением дистанционного космического мониторинга, позволяющего вовремя определить уровень дегрессии и своевременно принять меры. Одна из них – пастбищеоборот, когда прекращается выпас скота на участках, которым требуются отдых и восстановительные агротехнические мероприятия. У них ясная картина по кормовым запасам, по нормам выпаса скота, действует план управления пастбищами, разработанный землеустроительными службами. Монгольские чабаны с отарами находятся на отгонах через каждые три-четыре километра друг от друга.
Юрта на связи!
– Но это же прошлый век?
– Как сказать! Население Монголии три с половиной миллиона человек. Страна сделала акцент на развитие животноводства с солидной выгодой для себя. Поголовье овец насчитывает 80 млн. А наши стада сегодня и до половины этого количества не дотягивают. Наши предки именно также жили в юртах, пасли стада и за пастбищеоборотом следили не по науке, а благодаря богатому практическому опыту. Поэтому плодородные земли не вытаптывались, не превращались в безжизненный такыр. Но когда в 90-х колхозы и совхозы распались, сельчане, получившие земельные паи и наделы, приспособились пасти личные отары вокруг своих аулов, не особо отдаляясь от обжитой территории. Результат налицо. В Кзылординской и Алматинской областях, пустынной зоне Жамбылской области и юге Актюбинской идёт процесс наступления песков на населённые пункты. Почему? Из-за вытаптывания или чрезмерного выпаса скота там потеряна растительность практически на 100%. Надо возрождать юрточную систему для современных чабанов.
Освоение целинных земель в 50-60 годах прошлого века обернулось катастрофой из-за преобладания монокультуры и отсутствия севооборота
Разумеется, с созданием необходимых условий проживания – связью, обогревом, электричеством. Проблему могут снять льготные кредиты на приобретение солнечных батарей, другое обустройство быта. В Китае, допустим, на развитие животноводства даются кредиты с 50-процентной скидкой. А как мы стимулируем подъём исконно своей отрасли, грамотное ведение которой не только увеличит поголовье животных, но и спасёт земли от опустынивания?
– Опыт какой страны можно взять на вооружение?
– Безусловно, в первую очередь Израиля. Изначально имея на своей территории 97% засушливых земель и 60% занятых пустыней, они удостоились от ООН присвоения статуса страны-эксперта по борьбе с опустыниванием. В первую очередь за внедрение модели водосбережения. В частности, капельного орошения, сокращающего расход воды на 50-70%. По части этих технологий Израиль оказывает немалую помощь Казахстану, другим странам ЦА, где остро стоит проблема опустынивания. В Израиле 90% сточных вод очищается и используется для нужд сельского хозяйства. Вспоминаю, с каким трудом решался этот вопрос со сточным озером Талдыколь рядом с Астаной. Да так и остался, по сути, единственным положительным примером подобного использования.
С землёй – по уму
– Казахстан ратифицировал Конвенцию ООН о борьбе с опустыниванием без малого 30 лет назад. Какие государственные структуры конкретно отвечают за её исполнение?
– Их несколько. Известный с советских времён «Казгипрозем» ныне превратился в Государственный институт проведения работ по обследованию земель в составе Министерства сельского хозяйства. Перед этим его дробили на части, раздавая по областям. У нас огромная территория, на девятом месте в мире по размерам. Чтобы заниматься её управлением в рамках данной конвенции, необходим целостный, комплексный подход. Пока же у Минсельхоза своё видение, у Минэкологии и природных ресурсов своё, у Министерства водных ресурсов и ирригации ещё одно… Единой межсекторальной программы, которая повысила бы эффективность предпринимаемых действий, при объединённых усилиях команды профессиональных экспертов как не было, так и нет. Между тем земля теряет своё плодородие как на пастбищных угодьях, так и под зерновыми культурами. Освоение целинных земель в 50-60 годах прошлого века обернулось катастрофой из-за преобладания монокультуры и отсутствия севооборота. Надо заниматься умным земледелием, активно проводить биологическую рекультивацию почвы и постоянно мониторить ситуацию, благо, теперь для этого есть самые современные технологии. Те же пески, выглядевшие безнадёжными, оказались вполне управляемыми. Вокруг сёл Аралкум Кзылординской и Бакбахты Алматинской областей пески отступили благодаря высадке саксаула, один корень которого сдерживает до четырёх тонн песка. Острой остаётся проблема использования вод трансграничных рек, восстановления тысяч гектаров лесных насаждений, массово вырубленных в трудные 90-е…
– Насколько полно отражены все эти вопросы в Земельном кодексе РК?
– Честно говоря, он нуждается в серьёзной доработке. Весь мир сейчас работает по принципу ландшафтного планирования, а у нас в 8-й статье Земельного кодекса закреплена норма по зонированию территорий, никак не учитывающая новые подходы. Именно ландшафтное планирование необходимо, когда мы земельные ресурсы делим на зоны, потому что должны учитываться экологические факторы, биоразнообразие животного и растительного мира. Как его сберечь, если, например, через земли сельскохозяйственного назначения проходят пути миграции снежного барса, других краснокнижников, сайгаков, джейранов? Какие условия для них созданы? Пока, к сожалению, никаких! Территориальные ландшафтные планирования являются основой деятельности в плане борьбы с опустыниванием, устойчивым управлением земельными ресурсами. Нужна синергия между Земельным и Водным кодексами. Должны быть предусмотрены адаптационные меры в условиях изменения климата, который у нас сейчас резко меняется как в сторону потепления, так и похолодания, в ряде регионов от +45 летом до -45 зимой. Аналитика требуется серьёзная, и откладывать её никак нельзя.
Светлана СИНИЦКАЯ
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
