302

Реновато тут у вас…

Сколько еще нужно снести домов в Алматы, чтобы больше сносить не хотелось?

ЖУРНАЛИСТЫ ВИКТОР ВЕРК И СЕРГЕЙ КОЗЛОВ – О НОВОЙ НАПАСТИ, ГРОЗЯЩЕЙ САМОМУ КРУПНОМУ ГОРОДУ КАЗАХСТАНА. [газетная статья]

Сергей КОЗЛОВ: Шум вокруг сноса 708 домов в разных районах Алматы, как и следовало ожидать, поднялся большой. В основном, конечно, подняли его сами жители сносимых домов. Уточню для сограждан, не живущих в Алматы: у нас объявлена реновация, в ходе которой эти дома должны быть снесены и на их месте возведены многоквартирные, многоэтажные жилищные комплексы, с торговыми центрами и прочими современными обслуживающими предприятиями. Шум-то поднялся, жильцы сносимых домов покидать их не хотят. Но, понятно, касается все это пока только этих жильцов. А кого пока не трогают, те помалкивают. Повторяю: пока. Но процесс необратим. Назови его как угодно – уничтожение прежней Алматы, превращение города в каменные джунгли, избавление от истории и т. п. Как ни назови, суть одна. Кому-то нужна земля, желательно в центре, потому и уничтожают все, что на ней стоит и растет. А на этом месте строят новые доходные дома. Что же касается, так сказать, лица этого города, то оно, конечно же, менялось постоянно. И неизбежно будет меняться. Потому что, да простят меня земляки алматинцы, город наш лица-то постоянного никогда не имел. Регулярные «косметические операции» всегда и во все времена это лицо не щадили. И в результате осталось тут разве что около полутора десятков знаковых зданий. Может, чуть больше. Так было, и так будет. Планида такая.

Виктор ВЕРК: Лицо города – это не столько его здания, сколько его люди. Когда я приехал сюда работать из моей родной Караганды в конце 1987 года, настоящие алмаатинцы еще «водились» здесь в изобилии. Это была особая порода людей – тактичных, сострадательных и гордых. Гордых своим городом, своими предками, своей семейной историей. Национальность, социальное происхождение, а уж тем более рода и жузы были, наверное, где-то на периферии их сознания. А вообще, они все имели одну национальность – алмаатинцы. Меня тогда это поразило более всего. Мой первый алма-атинский редактор, москвич Вячеслав Столяров, был истинным алмаатинцем по духу. И в редакции работали ребята одной с ним алма-атинской «крови». Они могли часами рассказывать свои эксклюзивные истории центровских двориков, парков, магазинчиков и кафешек, вспоминать друзей, с которыми выросли в одних дворах. В моем родном городе такая фольклорная история тоже имелась, но здесь у нее был особый шарм. А сегодня людей алма-атинской национальности почти не встретишь – кто спился, кто уехал, кто ушел насовсем… А вместе с ними ушла и история этого уникального города, теперь вот и архитектура уходит. И знаешь что? Страшно не то, что она уходит, а то, что ничего не приходит ей взамен – только те самые джунгли из стекла и бетона, каких в каждом большом городе мира хватает. Только в мировых столицах такие новоделы строят чаще всего отдельно от исторического центра – не вместо, а вместе. А у нас вся страна «реновируется» с чистого листа, что, согласись, вполне логично, если есть человек, по его же словам, создавший ее с нуля. А теперь вот стирают с лица земли последний город, который не вписывается в эту формулу…

Сергей Козлов
Сергей Козлов.

СЕРГЕЙ КОЗЛОВ: «НО ПРОЦЕСС НЕОБРАТИМ. НАЗОВИ ЕГО КАК УГОДНО – УНИЧТОЖЕНИЕ ПРЕЖНЕЙ АЛМАТЫ, ПРЕВРАЩЕНИЕ ГОРОДА В КАМЕННЫЕ ДЖУНГЛИ, ИЗБАВЛЕНИЕ ОТ ИСТОРИИ И Т. П. КАК НИ НАЗОВИ, СУТЬ ОДНА. КОМУ-ТО НУЖНА ЗЕМЛЯ, ЖЕЛАТЕЛЬНО В ЦЕНТРЕ, ПОТОМУ И УНИЧТОЖАЮТ ВСЕ, ЧТО НА НЕЙ СТОИТ И РАСТЕТ. А НА ЭТОМ МЕСТЕ СТРОЯТ НОВЫЕ ДОХОДНЫЕ ДОМА».

С. К.: История была… А ныне создается впечатление, что город хочет от нее избавиться. Не хочет город иметь свою историю. Что тут поделать? Даже архитекторы не хотят. Иногда они, правда, подают свои голоса, пытаются сказать что-то профессионально-честное, но эпизодически. Так, что их и не слышно. Вот что интересно. А кому, как не им, бороться за облик города? И кстати, кому, как не им, давать оценки – насколько ветхое то или иное здание. Ведь степень ветхости определяют те, кто очень хочет это здание снести. Как правило, они несут просто вранье: что жилой дом, мол, старый и потому разваливается. Хорошо помню, как сносили легендарные «косые дома» в центре города. Сам принимал участие в том, чтобы их защитить от уничтожения. Так вот застройщики врали и врали, что наши дома (а я родился и вырос в одном из них) ветхие и вот-вот развалятся. Врали про дома, которые простояли бы еще, наверное, лет сто, настолько они были великолепно построены, из особого кирпича, с прекрасно спроектированными фундаментами. Я видел, как аккуратно рабочие разбирали наши кирпичики, грузили их штабелями и увозили. Также разбирали и наши полы, в том числе паркетные (ни одна дощечка не скрипела после семидесяти-то лет!), стропила на крышах – из тяньшаньской ели, и тоже аккуратно увозили. Да, дома эти не представляли собой ценность архитектурную, а разве этот уродливый девятиэтажный дом, что возвели еще в советское время в одном квартале с косыми домами, он, наверное, очень ценен как памятник архитектуры? Но его никто сносить и не думает. А вот исторические дома – это пожалуйста.

Виктор Верк
Виктор Верк.

ВИКТОР ВЕРК: «НАШ ГОРОД – ЗЕРКАЛО ВСЕЙ СТРАНЫ. МЫ НЕ УМЕЕМ СОЗДАВАТЬ СОХРАНЯЯ. НАМ НЕПРЕМЕННО НУЖНО С КЕМ-ТО СОРЕВНОВАТЬСЯ, КОГО-ТО ОБГОНЯТЬ. А В ИТОГЕ ЩЕГОЛЯЕМ ВО ФРАКЕ, СТЫДЛИВО ПРЯЧА СТОПТАННЫЕ БАШМАКИ».

В. В: Знаешь, еще недавно все эти причитания по «косым домам» казались мне не более чем позой. А сейчас понимаю: это действительно история, пусть не такая «долгоиграющая» и пафосная, как в Париже, Риме, Лондоне или Валенсии, но своя, неповторимая. А что до архитекторов… Эта профессия становится такой же «древнейшей», как и наша с тобой. У меня покойный тесть архитектор, так он буквально матом крыл авторов всех этих новоделов и хозяев строительных компаний, обуреваемых приступами неслыханной жадности. Сегодня эти «архитекторы реновации» из кожи вон лезут, доказывая: настоящей истории у Алматы почти нет, есть только типовая советская застройка. Как будто советское время – это чужая история, которую надо поскорее вымести с улиц и из голов. А настоящая история, по их логике, это безликие, как под копирку стеклянные башни бизнес-центров, типовые торгово-развлекательные, спортивные комплексы. Которые, кстати, едва ли устоят в длительной исторической перспективе. Вон в столице собрались сносить один такой спорткомплекс, с помпой возведенный 8-10 лет назад – усадку дает, трескается. Вот тебе и лучшая иллюстрация будущего алматинской реновации – скороспелки на хлипком фундаменте быстрых и легких денег!

С. К.: Это строения-монстры. Они поглощают центр Алматы. Это те, что на месте нашего легендарного детского ТЮЗа, на месте здания Госплана, Дома пионеров. Есть архитектурные монстрики поменьше – на месте кинотеатра «Алатау», бывшего дома Политпросвета на проспекте Достык. Землица-то здесь дорогущая! Недаром называют эти кварталы золотыми. Кстати, еще раз о вранье застройщиков: те, кто строил монстра на месте ТЮЗа на проспекте Абылай-хана, обещали этот театр восстановить. Но «забыли». Вначале у подножия этого многоэтажного урода открылся кабак, а позже – букмекерская контора, сейчас опять возник кабак. Время стеклянно-бетонных монстров. Зачем нынешним детям театр? Тем более с такими традициями? Зачем вообще нужен город с историческим центром? Также, впрочем, как и деревья, когдато кем-то посаженные? Тоже, кстати, неотъемлемая часть прежнего городского облика. Зачем улучшать городской воздух, систему слива сточных вод, пробивать дальше метро? Нужно привлекать инвесторов совсем в другие сферы. Строить, строить, строить монстры. И – сносить, сносить и сносить все «старье». Я что, свалил все в одну кучу? Да нет же. Все, о чем я говорю, это политика городских властей.

В. В.: Городские власти должны быть хоть чем-то связаны с этим городом, а еще лучше – зависимы от него. Аким должен любить свой город не «по поручению президента», а потому, что это его город. В тех же Нидерландах мэр какого-нибудь Роттердама и пукнуть не сможет без одобрения граждан на общегородском референдуме. А сейчас от бывшей столицы осталось только звание «колыбели независимости», в которую каждый новый аким старается впихнуть свой интерес: один наводнил ее оптовками-барахолками, другой понастроил морально устаревшие развязки, третий перекроил всю транспортную схему, нарисовал повсюду велодорожки. И что? Юные лихачи рассекают на великах и электросамокатах по тротуарам, сбивают пешеходов… И наконец, очередной градоначальник занялся реновацией. При этом никто не удосужился посчитать, к примеру, сколько деревьев принесут на реновационный алтарь, сколько машин обитателей будущих ЖК выкатится на и без того закупоренные пробками городские улицы… Ребята, вы сначала хотя бы одну ветку метро до конца достройте, а там хоть зареновируйтесь. Не надо тягаться с московским мэром Собяниным: он до коронакризиса вводил 3-4 новых станции в год, а у нас одну на Момышулы уже сто лет мусолят…

С. К.: Коль ты упомянул этот вечный «алма-атинский плач» об исчезновении прежней зеленой, культурной, уютной и доброй обители особого городского духа, то скажу так: земляки, кроме нас, наш город никому не нужен. Земля в его центре – очень нужна, но не город. Не его культура, его аура, не его благосостояние. Пусть, пусть чиновники обвинят меня в том, что я, мол, не вижу всех их благодеяний. Вижу. И как вы, господа, деревья высаживаете, которые в значительной части просто засыхают, как вы уничтожаете все, что не вами было создано, как халтурно мостите городские улицы, как усердно расширяете дороги (якобы для того, чтобы не было пробок), как превращаете мой город в банальный мегаполис. Вы не созидатели, а временщики. И делаете вы не историю Алматы, а ее антиисторию. Реновато тут у вас…

В. В.: Наш город – зеркало всей страны. Мы не умеем создавать сохраняя. Нам непременно нужно с кем-то соревноваться, кого-то обгонять. А в итоге щеголяем во фраке, стыдливо пряча стоптанные башмаки. Отстроили вполне приличный, местами европейский центр того же Алматы, а в его «шанхаях» – грязь непролазная, водопровод – и тот не везде. Вот завершим реновацию, поналепим однотипных высоток, пораскрасим их фасады всеми цветами радуги. А кто в них жить-то будет? Богатые давно построили себе особняки в предгорьях, скупают недвижимость за кордоном. Среднего класса у нас и раньше толком не было, а сейчас, после коронакризиса, и тот, что был, порядком поиздержался. Значит, в наш с тобой город хлынут «понаехавшие»: кто в поисках вариантов вложения денег, а большинство – в мечтах их заработать. Ведь на всю страну осталось две-три точки миграционного притяжения – Алматы, Шымкент да Нур-Султан. В остальном Казахстане жить нельзя, получается только выживать. Так что реновация – это ради них, «понаехавших». А они не помнят той, твоей и немного моей Алма-Аты – с утопающими в зелени дворами и улицами, с «косыми домами», с ТЮЗом имени Натальи Сац и с особой породой коренных жителей – алмаатинцев. Большинство из них и страны-то другой не знают, кроме той, созданной с нуля. Для них новоделы, на которые застройщик дает всего-то пять лет гарантии, – единственно возможное жилье, а возможность заработать на правдами-неправдами полученных государственных подрядах – единственно возможный способ процветания. Так что расслабься, дорогой мой алмаатинец, все эти ништяки придуманы не для тебя…

Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество