Представителей Русского географического общества (РГО) в Санкт-Петербурге сложно удивить. Но в начале года это произошло. Там состоялся показ двух документальных фильмов, тесно связанных с Казахстаном. Это фильм Алексея Никулина «Цитадель» о шымкентских потомках защитника Брестской крепости Касыма Жарменова, а также фильм Мадины Ашиловой «Многоликий Алтай» о путешествии по четырём алтайским странам (Казахстан, Россия, Монголия и Китай). Оба фильма были показаны в ноябре 2025 года на фестивале документального кино «Образ жизни – экспедиция» в Алматы. Именно там Алексей Никулин предложил Мадине провести совместный показ своих картин в РГО.
Герой нашего интервью – Мадина Ашилова, режиссёр, путешественница, руководитель информационного портала SteppeNews.kz. Её фильм – это не просто путешествие вокруг Алтая, это попытка разгадать секрет его культурного многообразия и сакрального магнетизма.
– Мадина, сколько времени заняли съёмки фильма «Многоликий Алтай»? Была ли это одна поездка или серия маршрутов?
– Съёмки фильма заняли три месяца: один месяц по Китаю в специальной экспедиции и два по Казахстану – России – Монголии. Поездка была организована летом 2024 года. Однако надо сказать, что кадры для фильма мы тщательно искали в архивах телеканала «Туран ТВ» за последние 10 лет, потому что были кадры, которые сейчас сделать крайне трудно. Так, пройти на «Рахмановские ключи» в Восточном Казахстане нам не удалось, так же, как и снять морозы на озере Маркаколь и казахстанский полюс холода. Это сделал наш оператор в зимний период несколькими годами ранее.
Фото из архива Мадины АШИЛОВОЙ
– Как восприняли этот фильм в РГО?
– В Санкт-Петербурге очень тепло встретили фильм. Я такого не ожидала! Во-первых, был почти полный зал людей. Пришли зрители разного возраста, разных профессий, но все – любители путешествий и Алтая. Был заместитель губернатора Санкт-Петербурга Евгений Разумишкин с супругой, генеральный консул Казахстана в Санкт-Петербурге Дмитрий Михно с коллегами, руководитель штаб-квартиры РГО в Санкт-Петербурге Роман Рябинцев. Пришли поддержать меня представители казахской диаспоры, в числе которых известная певица Алия Кикенова и дочь Бауыржана Момышулы Макпал Мусина. Были девушки из Алтая, очень много путешественников.
Во-вторых, фильм получил хорошие отзывы за свою доброту, любовь к людям и их культурам, за бережное отношение к природе. И я чувствую, что мы проделали большую работу не зря! Как оказалось, многие даже не представляли, что Алтай такой разный, поистине многоликий. Люди искренне интересовались, а какой Алтай в Монголии? А в Китае? Конечно, ответить глубоко было сложно. Но мы такую задачу и не ставили. У нас был лёгкий обзор, первое впечатление об Алтае, желание познакомить и воодушевить на путешествие по нему. И я думаю, мы своей цели достигли. Люди действительно заинтересовались. Надеюсь, они поедут и откроют свой Алтай! Ведь он очень разный и каждому открывается по-своему.
– Как туристическая инфраструктура в казахстанской части Алтая выглядит в сравнении с другими алтайскими странами? Какой опыт Казахстан мог бы перенять?
– Очень слабо выглядит, сильно отстаёт как от России, так и от Китая. Разве что чуть-чуть опережает Монголию. Из опыта путешествия по Алтаю в Казахстане создаётся впечатление, будто наше государство не заинтересовано в его развитии. Предприниматели брошены на произвол судьбы – выживайте как хотите. Они и выживают, в итоге сервис оставляет желать лучшего.
Фото из архива Мадины АШИЛОВОЙ
Чтобы поднять туризм на Алтае – нужны колоссальные инвестиции и усилия, прежде всего самого государства. Нужно решить все приграничные вопросы, восстановить знаменитые санатории типа «Рахмановских ключей», проложить нормальные дороги – от Зайсана до Алматы, к примеру. Проблем на самом деле не счесть. Но их надо решать. Одну за другой, постепенно. И опять-таки без государства этого не сделать! Если будет создана база, то пойдёт и поток туристов. А если будет поток туристов – туризм начнёт развиваться.
А пока туризм в нашем Алтае развит очень слабо и не повсеместно. Когда мы ехали в городок Алтай (бывший Зыряновск), мы проезжали через ужаснейший серпантин. Он не просто крутой, он ещё и очень старый – с ямами, обрывами, рваным асфальтом. Нам на легковой машине было тяжело идти, а ведь по нему едут большегрузы и автобусы с туристами. Это не просто неудобно, это ещё и большой риск для жизни и здоровья! Я слышала, что строят альтернативную дорогу, но пока я лично её не видела.
Евразийские кругосветки
– Кроме Алтая, к Казахстану примыкают и другие горные системы. Насколько перспективно создание туристических маршрутов вокруг Джунгарского Алатау и Тянь-Шаня?
– Создание туристических маршрутов вокруг Джунгарского Алатау и Тянь-Шаня, на мой взгляд, это одно из самых перспективных направлений для развития туризма в Центральной Азии. Эти регионы обладают колоссальным потенциалом, который пока реализован лишь на 10–15%. Так, Джунгарский Алатау отлично подходит для экспедиционного и экологического туризма. Здесь находится самый высокий водопад Казахстана – Бурхан-Булак, а также уникальные наскальные рисунки. Но горы уходят в Китай. И поэтому необходимо создание упрощённых коридоров для трекинга вдоль границы.
Тянь-Шань – это вообще мировой бренд. Особенно его северные хребты – Заилийский и Кунгей Алатау. По сути, здесь уже есть всё для прекрасного трансграничного туризма – от ледников и семитысячников (Хан-Тенгри) до каньонов (Чарын) и высокогорных озер (Кольсай, Каинды). Можно было бы создать кольцевые маршруты между Казахстаном и Кыргызстаном (например, пеший переход от Большого Алматинского озера к озеру Иссык-Куль или другие маршруты). И опять-таки встаёт вопрос приграничной территории. Сложность получения пропусков для иностранцев часто убивает интерес к таким маршрутам. А ещё, поскольку это горы, необходима развитая служба горных спасателей и покрытие связью на ключевых точках маршрутов. Но пока этого нет, к сожалению.
Фото из архива Мадины АШИЛОВОЙ
И ещё одно важное замечание: успех этих направлений зависит от перехода к устойчивому туризму. Если просто увеличить поток людей без системы сбора мусора и контроля за тропами, уникальные экосистемы Джунгарии могут быть разрушены. Мне также важно, чтобы было сохранено биоразнообразие. Чтобы люди-туристы не мешали обитателям гор. Иначе животные мигрируют, и мы их легко потеряем. Это нужно учитывать обязательно. Самое главное – должен быть комплексный подход, чтобы не навредить природе!
– В чём вы видите главное предназначение вашего фильма «Многоликий Алтай»?
– Иногда я спрашиваю себя – почему не могу просто путешествовать и наслаждаться отдыхом, почему мне всегда хочется это зафиксировать на камеру, снять, а потом долгие часы писать сценарии, монтировать, озвучивать? Ведь как таковых спонсоров у нас нет, мы всё снимаем на наши собственные средства. Также как и организовываем поездки.
А потом понимаю, что так надо! Будет ли Алтай таковым через 10 лет? Через 20 лет? А через 100? Сохранит ли Белуха свои ледники в условиях изменения климата? Как долго останется монгольский Алтай казахским? Сохранится ли в потоке глобализации такой немногочисленный этнос, как алтайцы? Всё очень хрупко в нашем мире. И поэтому основная задача наших экспедиций и поездок – зафиксировать время, задокументировать момент истории. В этом смысле я очень рада, что мы вносим пусть небольшой, но свой вклад в историю!
– Часто после визитов в РГО появляются идеи новых путешествий. Вы это ощутили?
– Моя цель с детства – это Арктика. К слову, это мечта не только моя, но и многих первопроходцев, путешественников времён Великих географических открытий. К сожалению, для них Арктика так и осталась мечтой – деревянные парусные суда не могли противостоять давлению льдов, а отсутствие способов борьбы с цингой и холодом делало многолетние зимовки смертельными. К физическим преградам тогда добавлялись научные заблуждения – географы ошибочно верили в существование «теплого» открытого моря за ледяным поясом, из-за чего экспедиции Генри Гудзона и Виллема Баренца раз за разом упирались в непроходимые льды.
Сейчас Арктика изведана и открыта. Но попасть в неё до сих пор крайне трудно! С одной стороны, дорого. К сожалению, у меня – простого преподавателя вуза, нет 23 млн тенге, чтобы сесть на корабль «50 лет Победы» и отправиться в Арктику коммерческим рейсом.
С другой стороны, даже вместе с РГО попасть в Арктику мне, гражданке Казахстана, будет нелегко. Ведь суда, бороздящие просторы северных морей, стоят на балансе Министерства обороны России, и нужны специальные пропуска.
Так что пока Арктика и для меня остаётся большой мечтой. Но я верю, что РГО в лице Романа Рябинцева – директора штаб-квартиры в Санкт-Петербурге, сможет мне помочь и однажды откроет дверь на бескрайний Крайний север.
Олег БЕЛОВ
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
