20

Рабство с привкусом свободы?

У нашей страны и её граждан грустная и тёмная кредитная история

ЖУРНАЛИСТЫ ВИКТОР ВЕРК И СЕРГЕЙ КОЗЛОВ – О ТОМ, ЧТО ПРОИСХОДИТ В НАШЕЙ СТРАНЕ С БАНКАМИ, ЗАЁМЩИКАМИ И КРЕДИТАМИ. [газетная статья]

Сергей КОЗЛОВ: Слово «закредитованность» очень неблагозвучное, согласись. И по звучанию, и по смыслу. Особенно приставка «за» – она указывает на то, что сограждане наши уже за какой-то опасной гранью. Уже все говорят, что вся эта «кредитная история» превратилась в Казахстане в очень большую и серьёзную проблему. И не сегодня, и даже не вчера. Я хорошо помню данные социологов на основе исследований 2016-2018 годов. Ещё тогда около четверти заёмщиков утверждали, что если и выплачивают кредиты, то с трудом. А вот 15 % заёмщиков уже были не в состоянии эти кредиты погашать. Отмечалось тогда, что это не только проблема, мол, экономическая, но и психологическая. Так сказать, социальный бихевиоризм, то бишь поведение такое в обществе. Немало наших сограждан считает, что кто-то им обязательно должен: государство, банки или богатые знакомые (или незнакомые). Хочется ведь жить хорошо и сейчас, а не очень получается. А вот рядом, в банке, есть деньги, которые к тому же настойчиво, буквально назойливо предлагаются: возьми кредит, это просто, выгодно, а как и когда отдавать – ну… потом поговорим. Человек слабоват, а банк силён, человек подозревает, что может кредит и не отдать вовремя (или и вовсе не отдать), но гонит от себя эту мысль, а банк знает, что он своё вернёт, – в виде залога, и все способы у него, у банка, для этого есть. Как ты думаешь, человек, хоть и слабый, но всё же – человек? А банк – капиталистический хищник, который только выискивает у человека слабости?

Сергей Козлов.
Сергей Козлов. 

Виктор ВЕРК: Я не очень хорошо понимаю, почему стремление условного Васи Пупкина жить хорошо, работая плохо, должны оплачивать люди, привыкшие к мысли о том, что деньги банка – это деньги его вкладчиков. Занимая которые и не отдавая назад, этот самый Вася, по сути, крадёт их у тех, кто привык платить по векселям или не одалживаться вовсе, рассчитывая только на свои силы. Меня в истории «алматинского стрелка» (а твои рассуждения, как я понимаю, навеяны именно этим кейсом) поражает масштаб аферы: ведь беря кредит в две с лишним сотни миллионов, этот горебизнесмен заранее знал, что не отдаст ни тиына, вот в чем суть! И так рассуждают многие: мол, деньги нужны сегодня, а завтра – «либо ишак, либо эмир». У него, судя по всему, давно работает установка: долги отдают только трусы – банку или еще кому-то, значения не имеет. А к этому рано или поздно приходит любой, кто привык жить взаймы. И когда я слышу старую песню о закредитованности населения, мне это самое население ничуть не жалко, мне жалко страну, живущую одним днём. Ты хоть раз слышал сетования директора завода или главы фермерского хозяйства на закредитованность, на то, что один назойливый банк предлагает хорошие условия кредитования, а другой ещё лучше? Когда президент, только-только став им, простил заёмщиков, оказавшихся в «трудной жизненной ситуации», многие предупреждали об опасности подобных заигрываний с патерналистски настроенным и к тому же финансово безграмотным населением. Позже, накануне парламентских выборов, даже депутаты, причем претендующие на право считаться «серьёзными политиками», принялись на полном серьёзе рассуждать о необходимости простить народу ту же ипотеку и дать ему возможность начать кредитную историю с чистого листа. Функционеры одной из парламентских партий даже митинги на эту тему пытались собирать. А в это время президент разве что не умолял банки кредитовать реальный сектор на понятных и доступных ему (сектору, в смысле) условиях. Почему же деньги, неподъёмно дорогие для экономики, оказались такими доступными для любителей красивой жизни, гасящих один кредит другим? И ведь никто годами не обращал внимания на накапливающиеся проблемы как банковской системы, так и экономики, которую банки вроде бы должны обслуживать…

Виктор Верк.
Виктор Верк. 

С. К.: Хорошо, давай опять о цифрах. По данным Нацбанка, общий объём кредитования физических лиц за семь месяцев 2021 года вырос на 17% – до 8,3 трлн тенге. Это около 48,7% от всех кредитов в экономике. Это много или мало? Вот аналитики Ассоциации финансистов Казахстана (АФК) считают, что «потребительская закредитованность в стране остаётся на умеренном уровне». И с просроченными кредитами всё не так уж страшно, как это порою выдают наши с тобой коллеги-журналисты. На 1 сентября этого года займы с просроченной задолженностью хотя бы на один день составляют около 7% от общего портфеля займов физическим лицам, в том числе с просрочкой более 90 дней – 4,3%. Для сравнения, по субъектам малого и среднего бизнеса займы с просроченной задолженностью выше и составляют 10%, в том числе с просрочкой платежей более 90 дней – 6,7%. То есть наши люди платят по кредитам. И добросовестных плательщиков большинство в сравнении с теми, кто платить не может или уже не платит. Просто это неплатёжеспособное меньшинство более активно, сплочённо и крикливо. Я никого не обвиняю в данном случае, да и обобщения здесь неуместны, каждый случай уникален. Но тенденцию пытаются создать такую: денег немалому числу наших людей не хватает на самое необходимое (к примеру, это холодильник или стиральная машина), взять эти деньги можно в банках, в микрокредитных организациях, у теневого финансового источника, наконец. Если деньги человеку уж очень нужны, он источник найдёт. Я не говорю об ипотеке, это куда более ответственное дело, и подход здесь должен быть соответствующий. Повторяю, люди ищут деньги, берут их взаймы и… почему-то не могут их вовремя вернуть. Они объединяются в инициативные группы, обвиняют банки в алчности и жестокости, а государство – в том, что оно банкам потворствует, и начинают протестовать, вызывая симпатии других миллионов граждан, тоже взявших кредиты. Это уже социальное явление. Поэтому мне не совсем понятно утверждение АФК об умеренном уровне закредитованности. Сама проблема сама уже вышла на довольно тревожный уровень.

В. В.: Знаешь, я вот до сих пор не взял денег ни разу – ни у банка, ни у микрокредитной организации, ни у кого бы то ни было ещё. И в свои без малого 60 годков не собираюсь этого делать. Почему? Потому, что, по Булгакову, человек смертен, причем смертен внезапно. Именно по этой причине боюсь одалживаться и уж тем более не задаюсь вопросом: должен ли джентльмен, если он взял взаймы? Но как показывает история все того же «алматинского стрелка», в наших палестинах это вопрос дискуссионный! Дошло до того, что в соцсетях натыкаешься на сентенции вроде: да, убийство – это грех, но ведь человека довели… Понимаешь?! Единственное, что тут можно обсуждать, это банковскую практику занижать стоимость залогового имущества. Но ведь этот деятель, насколько я понимаю, имел возможность самостоятельно реализовать залог и погасить кредит перед банком. Он этого не сделал. Почему? Потому, что привычно рассчитывал и рыбку съесть, и… Так вот, бурная активность в соцсетях показывает: за 30 лет «дикого» капитализма желающих «хапнуть и отпрыгнуть» меньше не стало, скорее наоборот…

С. К.: Что касается практики банков занижать стоимость залогового имущества, создавать цепочки аффилированных «ячеек» вплоть до оценщиков и судебных исполнителей – это вопрос к нашим контролирующим финансы органам. Вот в этом протестанты заемщики, пожалуй, правы. Вообще-то, всё это называется финансовой махинацией, сговором. Причём мафиозного характера, когда все звенья этой цепочки находятся в преступной связке и цель её – увести имущество заёмщика, чтобы потом продать и поделить добычу. Но, повторяю, каждый случай индивидуален и разбираться нужно здесь без каких-либо обобщений. Одно дело взять кредит для покупки вещей, без которых в домашнем хозяйстве уже не обойтись, совсем другое – на покупку земельных участков, дорогих авто или особняков. И всё же… Мы с тобой воспитаны на литературе, из которой знаем – хотя бы по романам Достоевского, Бальзака, Гюго, которые, как нам в школе говорили, «реалистично описывали тяжёлую жизнь трудящихся при капитализме», – что для другой жизни нужно было долго, много и честно работать. Что состояния буржуа создавались из поколения в поколение. Что пресловутая буржуазная бережливость и экономия, расчёт, отказ от излишеств, умение накапливать средства – основа морали классического капитализма. А сегодня капитализм на дворе совсем иной. Основанный на потребительской гонке и завоевании престижа любой ценой. Авто – круче, чем у соседа, айфон – дороже, чем у коллеги по работе, особняк – роскошнее, чем у одноклассника или однокурсника. Ну и на Мальдивы необходимо слетать, иначе соседи по престижному коттеджному городку просто не поймут и осудят…

В. В: Знаешь, как говорят в Незалежной? «Яка краiна, такi терактi». Власть развратила нашу публику многолетними мантрами про «лучшую банковскую систему в СНГ», про подушевой ВВП, как в Венгрии и Польше, про зелёную улицу малому и среднему бизнесу и прочие ништяки. И какое-то время миф о безудержно процветающем Казахстане был столь правдоподобен, что общество в него поверило. А когда ковид и прочие свинцовые мерзости жизни стали диктовать более скромный уровень потребления, государство с его призывом «по одежке протягивай ножки» никто не услышал. В том числе и потому, что государство не захотело начать с себя. Периодические сообщения о выплатах заоблачных дивидендов в компаниях квазигоссектора, о новых миллиардных расходах на очередную госпрограмму, реорганизацию, реформу, все эти понты туркестанские и повальную, как перед концом света, застройку обеих столиц, мягко говоря, не настраивают граждан на мысли о жизни по средствам. Самая популярная сегодня общественная позиция «если ИМ можно, то почему НАМ нельзя?».

C. К.: Так или иначе, но какое-то движение после трагических событий в алматинском районе Акбулак и огромного резонанса всё же началось. Вот уже Агентство по регулированию и развитию финансового рынка, акимат Алматы, банковский омбудсмен, банки и общественные объединения подписали меморандум по приостановлению продажи единственного жилья и выселения заёмщиков из социально уязвимых слоев населения, которые имеют долги по ипотеке. Да и президент страны обратил внимание на то, что с продажами залогового имущества творится что-то неладное. Авось, как говорится, и люди будут более ответственно брать кредиты, и банки поумерят свои аппетиты, и госорганы их алчность окоротят, но всё же это проблема всей нашей неэффективной, плохо управляемой экономики, я согласен с тобой. Когда человек работающий неспособен заработать на необходимое и вынужден искать деньги у тех, кто делает на этих трудностях свою прибыль.

В. В.: Все это полумеры, паллиатив. До тех пор, пока банки не начнут кредитовать экономику, а не потребительские понты, а чиновники не осознают разницу между реальным Казахстаном – с огромной территорией, повальной коррупцией и бедным населением, одержимым культом потребления, – и тем выдуманным, существующим только в их отчетах «наверх», кейсы, подобные трагической истории «алматинского стрелка», будут возникать снова и снова. Каждой стране – свои теракты, увы…

Оставить комментарий (0)
Qazaq Oil

Топ 5 читаемых