228

Нугманов: Назарбаев университет и одноименные школы появились от отчаяния

Наш собеседник – человек с яркой, извилистой судьбой. В конце 1970-х он, не поступив в престижные МГИМО и МГУ, пару лет трудился помощником оператора на «Казахфильме», попав в итоге в 1984 году в МГУ, где его научным руководителем стал Вячеслав Никонов, внук Вячеслава Молотова, один из первых российских американистов, основатель и декан факультета государствоведения МГУ, а ныне председатель комитета по образованию Государственной думы. Затем снова учился – теперь уже в аспирантуре знаменитого Института международной экономики и мировых отношений (ИМЭМО) АН СССР у самого Евгения Примакова.

[газетная статья]

Асан Нугманов
Асан Нугманов Фото: из газетных материалов

Сегодня Асан Нугманов, успешный бизнесмен, создавший чуть ли не первое в Казахстане рекрутинговое агентство, снова возвращается в инвестпроекты в сфере образования.

– Асан Асылбекович, прежде всего с вашей позиции «социоэкономиста» расшифруйте, пожалуйста, тезис из выступления президента Токаева, озвученный на заседании Национального совета общественного доверия: «Образование – это важнейшая отрасль экономики». В отдельных СМИ этот лозунг дня сочли «загадочным неологизмом»…

– Ничего загадочного здесь нет. Слова президента Казахстана означают прежде всего то, что высшая власть понимает опережающую значимость интеллекта, прикладных знаний и навыков для поступательного развития страны. Мы никуда и никогда не придем, если не освоим (и не усовершенствуем) новые технологии получения знаний. У нас не будет людей, способных, грубо говоря, строить космические корабли. И потом, мы много говорим о производительности труда. Но ведь это категория не только экономическая. Скажем, у сталевара она одна, у художника – другая. И важнейший, стратегический вопрос: как вписать новые технологии образования не только в то, чего мы уже достигли, но и в то, чего мы хотим достичь. На мой взгляд, лучший способ добиться этой цели – «клонировать» опыт, накопленный, например, АО НИШ (Назарбаев интеллектуальные школы) – для школ. Ну и АО Назарбаев университет – для вузов, начиная, например, с выкупа доли в КИМЭПе у доктора Чан Йан Бэнга и открытия филиала НУ в Алматы.

– Но ведь это элитные учебные заведения, а вы, стало быть, собираетесь усилить кастовый подход к доступу, получению образования?

– Ничего подобного! НИШ и НУ – это первые шаги к эталону, к тому образованию, каким оно должно быть. Да, на них сегодня тратят огромные бюджетные средства, до 500 МРП на каждого ученика или студента против 100 в обычных школах. Но если убрать оттуда иностранных преподавателей, зачесть материальную базу, то по этому показателю себестоимость обучения в НИШ и НУ не будет столь высокой …

– Погодите, а на кого менять иностранцев?

– На отечественных учителей, которых могут подготовить даже наши пединституты, когда (и если) ими начнет управлять компания, организованная, например, иностранными на первых порах партнерами да вашим покорным слугой. Эту идею поддержало руководство МОН, а все тонет в бюрократической суете и местечковых интересах.

Начав пару лет назад планировать, скажем так, свой выход из активного бизнеса, я в прошлом году предложил МОНу инициативу построить несколько больших школ в Уральске, Атырау, Актобе, Актау и Павлодаре в рамках государственно-частного партнерства. И не простых, а работающих на основе уже отлично зарекомендовавших себя обучающих методик и преподавательских подходов НИШ.

Если на принципах ГЧП построить такие же не только в каждом регионе, но и в опорных центрах на селе, то всего через пять лет страна получит много школ высокого уровня, а еще через пять – до 100 тысяч выпускников, которых смогут без всяких репетиторов поступать в сильнейшие университеты мира.

Вот вам и человеческий капитал нового качества, о чем президент говорил на последнем заседании Нацсовета общественного доверия.

Кстати, знаете, что меня поразило при близком знакомстве с системой НИШ и НУ? Полное отсутствие коррупции! Когда я спросил о причинах такого, казалось бы, противоестественного в нашей казахстанской повседневности положения вещей у председателя правления АО «НИШ» Куляш Шамшидиновой, она долго смеялась, заключив, что ничего невозможного нет, когда большие деньги попадают в правильные руки. Вот так, и ничего больше!

– Действительно, выглядит довольно смешно… Однако из ваших слов легко понять привлекательность для власти ваших захватывающих воображение образовательных проектов: неравнодушный человек с командой энтузиастов готов взять на себя если не полностью, то в значительной мере переформатирование всей громадной махины казахстанского образования. А в чем ваш профит как бизнесмена?

– Как это в чем? В этих школах я могу открыть массу дополнительных курсов, секций, кафе, клубов, спортивных объектов. В элитных частных школах люди платят огромные деньги (десятки тысяч долларов в год) только за обучение, а в школах, построенных по ГЧП, будут платить государству всего примерно десятую часть этих средств. А мне будут не платить, а доплачивать – официально, через кассу, за все дополнительное и развивающее. И потом я не классический капиталист, который, по Марксу, готов убить родную мать ради прибыли…

Мои собственные дети учились в двух самых дорогих частных школах Алматы, и в конце концов мне пришлось забрать их оттуда. Потому что качество образования совершенно не отвечало, не стоило тех денег, которые приходилось платить. А теперь я вижу горящие глаза детишек из НИШ и хочу «клонировать» эти школы. Ведь одаренных детей у нас огромное множество – по всей стране и вовсе не только в двух столицах! Необходимо самым беспощадным образом прекратить концентрацию лучших проектов в образовании, здравоохранении, жилищном строительстве, культуре, да во всем, исключительно в двух столицах. Иначе мы никогда ничего не добьемся.

– Сегодня очень модно рассуждать о патриотизме. А вы чувствуете себя патриотом?

– Патриотизм в последнее время сильно заезженное понятие, на котором во всем мире спекулируют все кому не лень. Я скорее прагматик, реалист. И прекрасно понимаю: без прорыва как в качестве, так и в максимально возможном количестве современно образованных и практикующих специалистов, Казахстану уготована роль вечно догоняющего. То, о чем сегодня говорит президент, первым хорошо понял в свое время Елбасы. Ведь и Назарбаев университет, и одноименные школы появились во многом от отчаяния: Назарбаев прекрасно видел, что мы отстаем от лучших мировых образцов на десятки, если не сотни лет – и не рядом с собой не просто экономистов, а философов. Да и сейчас их ничтожно мало, которые мы хотели и умели бы преодолевать бесконечную бюрократию, которая суть есть естество любого государственного аппарата.

Да, по качеству человеческого капитала мы отстаем, хотя не везде и не во всем, но все-таки отстаем. Президент Токаев сегодня пытается расчистить поле, на котором этот капитал можно начать культивировать, растить быстрее, эффективнее, погуще. Да не по травинке поднимать, как сейчас, а в «агропромышленных масштабах». Я очень хочу помочь ему хотя бы из тех соображений, что как налогоплательщик заинтересован в том, чтобы мои налоги способствовали качественному росту потенциала страны. Сейчас много разговоров о необходимости политических реформ – того же представительства реальной оппозиции в парламенте, реально независимой прессы. И власть делает шаги в этом направлении, например, либерализируя закон о митингах. Правильно, «пусть расцветают сто цветов»! Но если слишком форсировать эти процессы, то при нынешнем качестве нашего человеческого капитала мы получим охлократический вариант, как на той же Украине. Главное, что в обществе сегодня есть уже созревший и растущий запрос на перемены, и власть понимает это. А свою задачу я вижу в том, чтобы попытаться выстроить образовательную систему, способную подготовить людей, которые в свою очередь построят сильный, конкурентный, демократический Казахстан. Пока их слой в обществе очень тонок…

– А во власти?

– Понимаю саркастический подтекст вашего вопроса. Но, поверьте, там такие люди есть, и их немало. Если завтра им дадут соответствующие возможности, создадут условия для продуктивной работы, то они сумеют себя профессионально реализовать. Это я вам как опытный «охотник за головами» говорю (смеется)… Но, повторяю, главное – полноценно готовить тех, кто завтра придет на смену, в том числе и им. Я, как инвестор, готов в рамках ГЧП построить не 5, а 50 школ по лекалам НИШ. Но у меня большие обороты и маленькая маржа. Поэтому скажу прямо: я хотел бы получить от государства «натурный грант», под который банки согласились бы меня кредитовать. Гарантирую: школы, которые я построю, будут самоокупаемы, хотя, возможно, низкодоходны. Это не самый прибыльный, точно долгоиграющий бизнес, но, уверяю, результаты будут вполне осязаемы. И довольно скоро.

– Асан Асылбекович, ваш настрой, конечно, внушает уважение, но где гарантия, что завтра в Минобрнауки не придет новый министр и не поменяет приоритеты? А людям порядком надоели бесконечные эксперименты с образованием. И сегодня очень многие скажут: мол, после ЧП и карантина безработица растет, малый бизнес в ауте, а государство раздает деньги на призрачные и к тому же долгоиграющие прожекты, на повышенные зарплаты учителям и врачам…

– На эти типовые возражения «голоса улицы» есть очень простой ответ: вспомните Великую депрессию в США. Что тогда придумал Рузвельт? Правильно, инфраструктурные общественные работы, обеспечивать которые в качестве поставщиков и подрядчиков стали те, кого сегодня у нас именуют МСБ – малый и средний бизнес. И еще: не финансируйте из бюджета приобретение госорганами (включая ту же армию) столов, стульев, оргтехники, автомобилей. Пусть берут все это в аренду у МСБ под твердые, обязывающие контракты, и тогда этот бизнес неизбежно начнут кредитовать коммерческие банки. Вот вам и решение проблемы, а таких заготовок у меня не счесть. Экономить на правильно и честно устроенном образовании категорически противопоказано! Учитель должен зарабатывать по крайней мере не меньше, чем менеджер «Самрук-Казына». Не всякий, конечно, а тот, кто отвечает современным требованиям и умеет создавать качественный образовательный продукт. Повторяю, производить качественный, востребованный продукт, как это принято в любой сфере экономики. Его продукт – это люди, тот самый человеческий капитал. А мы ведь сегодня договорились считать образование одной из ведущих её отраслей… Вот почему мы хотим попробовать взять в управление те же пединституты в Павлодаре, даже в Аркалыке, чтобы они готовили кадры для школ, которые я построю в партнерстве с государством. И ничего невыполнимого в этом нет.

– Президент в своем выступлении на нацсовете говорил о необходимости ликвидировать региональный разрыв в качестве и доступности образования. Как решить эту проблему?

– Опять же, ничего сверхсложного. К примеру, Казахстанско-Британский технический университет (КБТУ). Что ему делать в Алматы, если вся нефтянка базируется на западе страны? Объедините его, например, с Атырауским институтом нефти и газа – вот вам и квалифицированные местные кадры для отрасли! Возродите полузабытую практику городов-побратимов, завяжите тот же Актау с мировыми портовыми центрами, с тем же Роттердамом, например. Пусть помогут открыть в областном центре Мангистау морскую академию, которой уже начинала заниматься компания «Шеврон». Подобных возможностей масса. Например, сделайте Алматинскую область аграрным хабом: пусть в Талдыкоргане, который породнится, скажем, с новозеландским Веллингтоном, откроют аграрную академию и переведут ее из Алматы. Казахстан вряд ли сможет сделаться мировым лидером по компьютерным технологиям или робототехнике, туда мы безнадежно опоздали. Но чтобы не отстать навсегда, выкупите и передайте наши частные IT-университеты, например, глобальному игроку – тому же «Яндексу», основатель которого Аркадий Волож не только сам из Атырау, но и отец его – один из первооткрывателей Кашагана!

Производство и переработка сельхозпродукции – вот это уж точно наше. Новая Зеландия, не производящая ничего, кроме мяса, масла, молока и бананов, завалила этим половину мира. А нам что мешает точно так же завалить вторую половину, наладив подготовку наших специалистов в этой отрасли и построив по вполне доступным для нас новым технологиям необходимые производственные мощности?

– Из агросектора, действительно, можно сделать вторую нефтянку. Тем более что первая переживает сегодня в Казахстане не лучшие времена…

– Кто вам такое сказал? Не слушайте этот дилетантский плач Ярославны! Или «разводы» нефтяных профи, которым выгодны сегодня эти самые рассуждения о «плачевном положении отрасли»... Я разговаривал с бывшим уже руководителем «Тенгизшевройла» Тимом Миллером. Знаете какая себестоимость добычи барреля тенгизской нефти? Три доллара! Со всеми инфраструктурными и логистическими затратами будет семь долларов. Даже при нынешней мировой цене в 35 долларов это 500 процентов рентабельности. Так что отрасль в прекрасном положении. А завтра, когда окончательно очухаются после пандемии Китай с Индией, цена «бочки» нефти еще подскочит. Пусть ее добывают, гонят на экспорт. А нам надо искать ей долгосрочную альтернативу, ту же «аграрку». И не нужно распространять «передовой опыт» на всю страну, создавайте региональные кластеры, привязывая к ним обучающие центры – университеты, институты, колледжи. Уверен, что президент имел в виду именно это, говоря об образовании как важнейшей отрасли экономики.

Беседовал Виктор Верк

Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество