255

Ковид и пуля

Отец и сын – в одном строю

В МАРТЕ ПРОШЛОГО ГОДА В РАБОЧИЙ КАБИНЕТ К КАЛИХАНУ КОЗБАГАРОВУ ПРИШЛИ РОДСТВЕННИКИ. РАЗГОВАРИВАЛИ СНАЧАЛА О НЕОБЯЗАТЕЛЬНОМ, ПРОХОДНОМ, НО ПОТОМ РОДНЯ НАПЕРЕБОЙ ПРИНЯЛАСЬ УБЕЖДАТЬ КАЛИХАНА ЕСБОСЫНОВИЧА, ЧТО ПОРА ЕМУ УЙТИ НА ДРУГУЮ РАБОТУ, ЧТО НЕ НАДО, МОЛ, РИСКОВАТЬ НАКАНУНЕ ШЕСТИДЕСЯТИЛЕТИЯ. А ТО ВЕДЬ И ЮБИЛЕЙ МОЖЕТ СОРВАТЬСЯ. ГЛАВНЫЙ ВРАЧ ОБЛАСТНОЙ ИНФЕКЦИОННОЙ БОЛЬНИЦЫ ИХ ПОСЛУШАЛ, ПОТОМ ПРИВЕЛ В ПРОТИВОВЕС АРГУМЕНТ, КОТОРЫЙ НАВСЕГДА ОПРЕДЕЛИЛ ЛИНИЮ ЖИЗНИ СТАРШЕГО И МЛАДШЕГО КОЗБАГАРОВЫХ, ОТЦА И СЫНА. [газетная статья]

РОЖДЕННЫЙ В РУБАШКЕ

Еcбосын Козбагаров, учитель математики, ушел на фронт с последним школьным звонком. Воевал с захватчиками яростно, четырежды был ранен. Последний раз особенно тяжело. От их 312 стрелкового полка 111 дивизии Калининского фронта после очередного сражения в районе Ржева осталось в живых совсем немного бойцов. Еcбосын тоже поначалу лежал совсем никакой. Так бы и остался там, но когда на отбитом от немцев поле медсестричка бродила среди трупов в поисков выживших, то углядела на дне неглубокого окопа, что солдат слабо пошевелился. Девятнадцатилетняя дивчина тащила его на себе бесконечные полкилометра до повозки, которая довезла солдата в часть, откуда его доставили в Иваново, в госпиталь. Хирург, когда Еcбосын пришел в себя после операции, показал пулю, которая прошла всего на сантиметр выше сердца. «Ты, солдат, в рубашке родился», – подытожил врач свое сообщение. И так запал ему в душу парень-азиат, что постоянно хирург подходил, расспрашивал о семье, о родных местах, о послевоенных планах. А когда пришло время выписки, то по его рекомендации направили Еcбосына на учебу в подмосковный Подольск, в военное училище, учитывая его математическое образование. Ну а после опять был фронт, война, закончившаяся для казахстанского бойца в Германии.

БЕЛЫЙ ХАЛАТ ДЛЯ КЕНЖЕ БАЛА

Вся послевоенная жизнь Еcбосына прошла в школе, где он учительствовал, а потом директорствовал. В их с Кульпаршин семье подрастало шестеро детей. Фронтовик никогда не забывал спасшую его девочку, медсестру, врачей, выходивших его после ранения. С тех самых пор поселилась в его душе заветная мечта, что один из детей обязательно должен стать врачом. Он как заклинание твердил о ней домочадцам, напирая на то, что долг за спасение можно отдать, только возвращая жизни другим людям.

Старшая дочь Дарига сначала отца послушалась, но ее хватило только на два года учебы в мединституте, в итоге она получила педагогическое образование и по этой части продолжила отцовскую линию. Другие дети тоже по разным причинам в медицину не пошли. А вот младший, кенже бала Калихан, еще в шестом классе объявил о твердом решении стать врачом. К выполнению замысла родители приступили сразу же, перевели сына в городскую школу с усиленным изучением биологии, химии и физики. На вступительные экзамены в Актюбинский медицинский институт ездили из Хромтау всей семьей, дожидаясь результатов в институтском дворе.

 Калихан успешно окончил лечебный факультет и ординатуру, стал работать в хромтауской районной больнице неврологом. Лидия Барбакова, которая в ту пору была там заместителем главного врача, помнит, как круто взялся молодой доктор за дело. Вошел в жизнь их медучреждения без притирок и робости. Вскорости стал заведующим неврологическим отделением, а через несколько лет облздрав доверил ему руководство всей районной больницей. Надо ли говорить, как счастлив был старший Козбагаров…

Из сына получился организатор здравоохранения, как говорится, от бога.

Больничные коридоры сверкали чистотой, в палатах и врачебных кабинетах все находилось на своих местах, дефицит лекарств обходил больницу стороной. Главный не терпел ни малейшего беспорядка, который, как известно, начинается в головах. Такие специалисты при любом раскладе на вес золота, и неудивительно, проработал Калихан главным врачом уже в областной инфекционной больнице, где суждено ему было трудиться семь счастливых и успешных лет…

ЭТИ ТРУДНЫЕ ДНИ И НОЧИ

Когда Есбосын брал с собой в баню сыновей Барлыка и Калихана, ребятам каждый раз было тяжело видеть тело отца. Рубцы и шрамы выглядели какими-то нечеловеческими, напоминали пласты неровно вспаханного поля. Отец шутил: «Стал бы хирург со мной возиться, класть ровные швы, я бы точно не выжил. А так пусть криво-грубо, зато крепко». И казалось тогда, что с войной ушло все самое страшное, что только может случиться в человеческой жизни. Пока прошлогодней весной не накрыла всех с головой пандемия.

Их инфекционка не стала исключением. Дни и ночи превратились в единое время суток. Поток скорых не иссякал, не хватало коек, лекарств, обнаружилась нехватка врачей-инфекционистов. Калихан взялся за тех, кто успел уйти на пенсию или собирался, просил, настаивал… помогало. Тогда-то и пришла к нему делегация от родни с просьбой поберечься и сдать руководство, но Калихан, не тратя лишних слов, просто напомнил им про девочку-медсестричку, отцовскую спасительницу, которая не дает ему такой возможности.

ДЕВЯТНАДЦАТИЛЕТНЯЯ ДИВЧИНА ТАЩИЛА ЕГО НА СЕБЕ БЕСКОНЕЧНЫЕ ПОЛКИЛОМЕТРА ДО ПОВОЗКИ, КОТОРАЯ ДОВЕЗЛА СОЛДАТА В ЧАСТЬ, ОТКУДА ЕГО ДОСТАВИЛИ В ИВАНОВО, В ГОСПИТАЛЬ. ХИРУРГ, КОГДА ЕCБОСЫН ПРИШЕЛ В СЕБЯ ПОСЛЕ ОПЕРАЦИИ, ПОКАЗАЛ ПУЛЮ, КОТОРАЯ ПРОШЛА ВСЕГО НА САНТИМЕТР ВЫШЕ СЕРДЦА. «ТЫ, СОЛДАТ, В РУБАШКЕ РОДИЛСЯ», – ПОДЫТОЖИЛ ВРАЧ СВОЕ СООБЩЕНИЕ.

Первое время лихорадило не только больных: часто менялись протоколы лечения, действовать врачам приходилось во многом на ощупь. Когда с препаратами стало совсем туго, подключился аким области Ондасын Оразалин. В другое время представить невозможно, чтобы самостоятельным решением на бюджетные деньги закупили лекарства в соседнем регионе России, но времени на бюрократические ритуалы не было. Первый руководитель области и глава больницы сработали в одной упряжке и в высшей степени по-государственному.

ЖИЗНЬ ПОСЛЕ ЖИЗНИ

Когда наступило тепло, в мае, начало казаться, что беда вот-вот отступит. Но она стала еще ближе. Калихан почувствовал себя неважно, понял, что заразился, несмотря на предельную осторожность. Начав лечиться амбулаторно, оставался в рабочем кабинете, держал руку на пульсе. В том числе и на своем… Когда стало совсем плохо, перешел в палату. Но состояние усугублялось, понадобилась искусственная вентиляция легких. Все же мало-помалу он вроде начал выходить из пике, коллеги радовались, около его постели обязательно кто-нибудь постоянно находился. Утром 10 июля Калихану очень захотелось кумыса. Это стало его последней просьбой. Оторвался тромб…

По обеим сторонам длинного пути, ведущего к кладбищу, стояли люди в белых халатах, и от этого вся последняя дорога доктора Козбагарова казалась белой. Впрочем, такой она и была. Как и жизнь, переданная сыну отцом. Пуля, едва не сгубившая Есбосына, догнала его младшенького кенже бала. Хотя и в другом обличье. Такая горькая и высокая линия судьбы, в которой все пазлы сложились плотно и безукоризненно...

А спустя три дня, 13 июля 2020 года, вышел указ президента, в котором были строки: «За выдающиеся заслуги перед Республикой Казахстан, самоотверженность, проявленную при исполнении служебного долга, присвоить высшую степень отличия – звание «Қазақстанның Еңбек Ері» с вручением знака особого отличия – Золотой Звезды и ордена «Отан» Козбагарову Калихану Есбосыновичу (посмертно), главному врачу ГКП «Областная клиническая инфекционная больница», Актюбинская область.

А еще через два месяца, 22 сентября, в день 60-летия доктора Козбагарова в районной больнице Хромтау, где начиналась его трудовая биография, в присутствии акима области была установлена мемориальная доска в честь Калихана Есбосыновича.

...Всегда, даже в мирные времена, профессия врача будет оставаться военной, потому что не прекращаются битвы за чью-то жизнь. А в них перемешаны и поражения, и победы…

Светлана СИНИЦКАЯ

Оставить комментарий (0)
Конкурс Королева Бензоколонки

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество