С 1 июля этого года начала действовать новая Конституция страны. Какое место в ней занимает парламент и как можно охарактеризовать состояние парламентаризма в Казахстане?
На эти и другие вопросы отвечает профессор кафедры Международного права КазУМОиМЯ им. Абылай-хана, доктор юридических наук, профессор, главный научный сотрудник Института публичного права Каспийского университета Эдуард Булатович Мухамеджанов.
– Эдуард Булатович, четыре года назад на одной из конференций вы выступили с докладом на тему «Внеочередные 2022 года выборы президента РК и их влияние на дизайн предстоящих реформ». Тогда вы говорили о семилетнем сроке президентских полномочий, однопалатном парламенте и необходимости разработки новой Конституции. Сейчас это всё произошло. Как вы оцениваете сам ход политических реформ в стране?
– Прежде чем ответить на вопрос, хочу напомнить, какое значение в современной истории нашей страны имеет 2022 год. С одной стороны, это трагические январские события, а с другой – появление надежды получить ответы на социальные ожидания. В том же году помимо внеочередных выборов президента РК прошла в два этапа конституционная реформа. Эта реформа ограничила срок президентских полномочий одной каденцией, открыла доступ в мажилис парламента депутатам-самовыдвиженцам, а также возродила Конституционный суд и др. Безусловно, эта реформа носила ситуативный характер и не могла устранить многие противоречия Конституции 1995 года.
Поэтому, когда в конце 2025 года глава государства объявил о новой конституционной реформе, общество восприняло эту идею с пониманием. Будучи под впечатлением конституционной реформы 2022 года, в представлении многих новая реформа должна была пойти значительно дальше и реформировать не только парламент, но и судебную, прокурорскую и другие системы.
Однако стремительно меняющаяся картина мира, усиление влияния глобальных процессов на национальные правовые системы, укрепление институтов казахстанской власти направило конституционное развитие по пути планомерной модернизации, когда система новых конституционно-правовых институтов органично соединяются с существующими.
В теории конституционного права известны случаи, когда принятие новой Конституции отнюдь не всегда означает коренное изменение в сфере государственного строительства. Создание системы новых институтов необязательно влечет переворот в социально-политической жизни общества.
Соответствие ожиданиям
– Насколько формирование однопалатного парламента по политическим спискам соответствует тому, что вы предлагали четыре года назад?
– Известно, что до 2022 года мажилис парламента формировался на основе пропорциональной избирательной системы только по партийным спискам. Согласно Конституции 2026 года, новый орган законодательной власти, курултай, также будет избираться по партийным спискам по пропорциональной избирательной системе.
Ещё в 2007 году, когда в Конституцию РК 1995 года были внесены изменения и дополнения, которые установили новый порядок избрания депутатов мажилиса парламента только по партийным спискам, я обращал внимание, что такое решение ведет к нарушению пассивного избирательного права граждан. Иными словами, беспартийный гражданин был лишен права баллотироваться в мажилис парламента.
Возникает резонный вопрос: почему в зарубежных странах, где действует аналогичный порядок формирования парламента, не говорят о нарушении вышеназванного избирательного права? Ответ прост: в таких странах данный недостаток компенсируется упрощённой процедурой регистрации политических партий, что даёт возможность любому желающему создать политическую партию и принять участие в выборах.
Поэтому новый порядок избрания курултая с правовой точки зрения в полной мере соответствует мировой избирательной практике. Что же касается моего предложения о корректировке порядка выдвижения кандидатов в депутаты, то его суть состояла в том, что парламент это не только законодательный, но ещё и представительный орган. Поэтому в нём помимо политических партий и самовыдвиженцев должны также быть и представители от широких слоёв общественности, трудовых коллективов, профсоюзов и т. п. Такой депутатский корпус не только расширил бы представительство различных социальных групп в парламенте, но и установил бы связь общества с властью.
– Расширился ли реально круг полномочий парламента в свете новой Конституции?
– Круг полномочий курултая, как и прежнего парламента, является закрытым. Это означает, что курултай наделен правом рассматривать только те вопросы, которые исчерпывающе определены в соответствующей статье Конституции (ст. 56) и иных статьях Основного закона. Такая модель компетенций парламента существует в Алжире, Франции, Тунисе и др.
Касательно расширения круга полномочий курултая, фактически он остался таким же, как и прежде, с той лишь разницей, что появились новые должностные лица, на назначение которых курултай будет давать свое согласие.
Контрольные функции
– Вы говорили о контрольных функциях парламента, однако их нет и в новой Конституции. Или это вопрос времени?
– Здесь я не соглашусь. Одной из функций любого законодательного органа наряду с принятием законов является контроль над политическими и административными действиями правительства. Если внимательно прочитать ст. 56 новой Конституции, то в ней такие полномочия закреплены. Например, курултай вправе обсуждать и утверждать отчеты правительства, Высшей аудиторской палаты об исполнении республиканского бюджета; по инициативе не менее одной трети от общего числа депутатов заслушивать отчеты членов правительства по вопросам их деятельности. В случаях не утверждения отчета правительства курултай может поставить вопрос о вотуме недоверия правительству. По итогам заслушивания отчета члена правительства курултай вправе принимать решение об обращении к президенту Республики Казахстан об освобождении от должности члена правительства.
В приведенных примерах речь идет только о политической ответственности названных субъектов. Однако в парламентской практике парламентский контроль может иметь форму не только политической, но и юридической ответственности. Эти формы ответственности имеют различные пути реализации и в разных органах. Политическая ответственность реализуется в парламенте или через президента, а юридическая, как правило, в суде. В результате привлечения к политической ответственности виновное лицо теряет власть и уходит в отставку. В результате юридической ответственности лицо отрешается от власти с возможностью его уголовного наказания. В своём докладе, о котором упоминалось выше, я говорил о наделении законодательного органа контролем не только правом политической, но и юридической ответственности. Например, как это происходит в Южной Корее.
Что касается вопроса времени, то здесь я вас разочарую. Конституция 2026 года является жёсткой, то есть изменения и дополнения в неё можно внести только на всенародном референдуме. Учитывая, что всенародный референдум – акция не дешевая, то по единичному вопросу его проводить не будут. Поэтому как в ближайшем, так и отдаленном будущем ожидать изменений и дополнений в Конституцию не стоит.
Сдержки и противовесы
– Считается, что система сдержек и противовесов служит своего рода профилактическим средством от злоупотреблений со стороны государственных органов власти. Насколько создавшаяся система отвечает такому представлению?
– Начиная с 1993 года, с принятия первой Конституции, в Казахстане власть едина и действует в соответствии с принципом её разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Обращаю внимание на это потому, что, согласно Конституции, теоретически каждая ветвь власти должна выступать по отношению к другой как противовес. Но что мы видим в реальной жизни? Весь интернет пестрит обращениями граждан страны к президенту РК, как к гаранту прав и свобод человека и гражданина. На основании только этого можно заключить, что механизм разделения властей, на мой взгляд, в полной мере ещё не реализовался.
Это хорошо видно на примере судебной власти, когда судебные органы в стране есть, а реальной судебной власти нет, так как в большинстве случаев суд всегда занимает сторону государства, даже когда государственный орган неправ. Эта власть появится только тогда, когда суд без оглядки на политику и госорганы начнёт руководствоваться правом и защищать человека от произвола государства. Думается, только при этом условии ветви нашей единой власти начнут реально и продуктивно работать. Иными словами, у общества появится реальная возможность через суд контролировать все ветви единой власти. А пока у нас есть много конституционных прав и здравый смысл, чтобы их не отстаивать.
В новой Конституции существует новелла о «Законе и порядке», поэтому есть надежда, что данное требование станет универсальным и будет распространяться, в том числе, и на органы власти и их должностных лиц. В результате этого, на наш взгляд, механизм разделения властей сможет получить реальную перезагрузку.
Айгуль ОМАРОВА
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
