Во второй половине июля финансовый сектор Казахстана жил очень даже насыщенной повесткой.
Активы банков превысили 73 трлн тенге, усилились позиции фининститутов с китайским капиталом, а Минфин обсуждал официальный переход на написание слова «теңге» через специфическую «ң». Но главным событием минувшей пятницы, определившим вектор развития всей экономики, стало долгожданное решение Нацбанка – снижение базовой ставки с 17,00% до 16,75%.
Что эта доля в четверть процента значит для нас с вами? Об этом мы беседуем с финансовым аналитиком Арманом Токтагуловым.
– Арман Бауржанович, повлияет ли это июльское решение Нацбанка на развитие финансового сектора Казахстана?
– Безусловно, это фундаментальный шаг. Девять месяцев подряд мы наблюдали замедление инфляции, экономика за полгода выросла на 4,1%. Снижение ставки – это мощный сигнал. Банки второго уровня воспримут его как руководство к действию: начнётся умеренное удешевление фондирования. Это задаст тон плавному смягчению кредитных условий на всем финансовом рынке на месяцы вперед.
– Согласны, повлияет, то в каких ещё сферах? Как именно это отразится на бизнесе и потребительском рынке?
– Для бизнеса кредиты начнут понемногу дешеветь, что даст столь необходимый импульс торговым операциям и производству. Но ярче всего эффект проявится на потребительском рынке. Наш банковский сектор сильно ориентирован на физических лиц, объём таких займов уже перевалил за 27 триллионов тенге! Даже небольшое снижение ставки подстегнёт развитие ипотеки и потребительского кредитования. При этом 16,75% – это всё ещё умеренно жёсткий уровень. Тенговые депозиты останутся весьма доходными, оттока ликвидности не произойдёт, а тенге сохранит крепкие позиции, защищая нас от «импортируемой» инфляции.
– Председатель Нацбанка обмолвился, что перед вынесением вердикта эксперты горячо спорили целых два дня. Что это значит? Были серьёзные разногласия и в чём кроется риск снижения ставки?
– Раскол среди аналитиков действительно был глубоким. Двухдневные дебаты в Нацбанке – это битва двух огней. С одной стороны, бизнес и обычные граждане жаждут дешёвых денег для доступной ипотеки и развития своего дела. С другой – экономисты понимают: если резко снизить ставку, народ ринется скупать товары, спрос превысит предложение и цены в магазинах снова взлетят до небес. Добавьте сюда риски удорожания ГСМ, тарифов ЖКХ и мировую геополитику. Поэтому минус 0,25% – не сухой отчётный показатель, а драматичный компромисс. Нацбанк дал экономике чуть больше кислорода, но при этом уберёг кошельки казахстанцев от нового витка инфляции.
Амантай БЕКБОСЫНОВ
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
