Примерное время чтения: 8 минут
22

Летний отпуск перед идеальным штормом

ЖУРНАЛИСТЫ ВИКТОР ВЕРК И СЕРГЕЙ КОЗЛОВ – О НАШИХ ПЕРСПЕКТИВАХ И В ПЛАНЕ ЭКОНОМИКИ, И ВООБЩЕ... [газетная статья].

Сергей КОЗЛОВ: Недавно наткнулся в сети на объявление о рассрочке на строительство жилья на 36 месяцев. Мол, бери сегодня, а рассчитаемся аж через три года... Название строительной компании, естественно, опущу, чтоб не ругались. Любопытнейшее предложение, свидетельствует оно, скорее всего, о том, что ситуация в строительном секторе, также, впрочем, как и во всех остальных секторах нашей экономики, неустойчивая. Это ещё сказать деликатно так. Это, если учесть ситуацию с нашим тенге, с нынешними ценами на жильё, такое предложение звучит как крик о помощи. Эта компания, причём входящая в тройку ведущих строительных корпораций страны, отчаянно нуждается в деньгах. Это любой финансист или экономист определит. У строительной компании такого уровня, вообще-то, должны быть свои деньги. И к тому же речь идёт об отрасли, о которой все последние годы, в том числе и в период пандемии, говорили как об одной из самых успешных в казахстанской экономике. Все вокруг проседали, а вот строительство росло. Помнишь? А вот сегодня, как стало известно, ещё одна крупнейшая казахстанская строительная компания, и тоже из тройки ведущих, заморозила 70% своих проектов. Это, как говорится, тревожный колокольчик. Что ж это, граждане, творится-то? Что вообще с нами и тем более с тенге будет через 36 месяцев? Сегодня, как нынче говорят, в тренде полная неопределённость. Одно тревожное сообщение обгоняет другое. «Казахстан ввёл ограничения на вывоз пшеницы, муки и семян подсолнечника».         

«Казахстанские предприятия задолжали работникам более 2,8 млрд тенге». «Аэропорт Алматы приостанавливает заправку рейсов с технической посадкой. Это связано с нехваткой авиационного топлива». Нет, мелькают, конечно, и более жизнеутверждающие новости, вроде «рысь снова попала в фотоловушку алматинского заповедника», но это не об экономике, о которой ничего хорошего уж давно не сообщается…

Виктор ВЕРК: Да, конечно, помню. Ещё на заре пандемии нам внушали, что именно строительство жилья должно стать локомотивом экономики. Но это весьма проблематично, если в стране нет (ну, практически нет) своей индустрии стройматериалов. Строить из импортных можно, пока есть деньги у потребителя (те же изъятия с пенсионных счетов), но после поднятия порога достаточности аттракцион нашей неслыханной щедрости по отношению к застройщикам стал активно сворачиваться. Государство, конечно, пытается изобрести способы продолжения девелоперского банкета вроде льготной ипотеки. Но её условия таковы, что воспользоваться займом под четыре   процента   смогут   немногие. А представь себе, что начнётся уже осенью, если вердикт райсуда Краснодарщины по приостановке магистрали Каспийского трубопроводного консорциума (КТК) вступит в силу! Наши чиновники из Минэнерго успокаивают: мол, за месяц простоя Казахстан потеряет много, но не смертельно. А ведь это производство непрерывного цикла – остановив его однажды, рискуешь не запустить вновь… Ну, или этот перезапуск обернётся колоссальными издержками. А КТК – это более 80 процентов нашего всего, то бишь нефтяного экспорта. А нефтяной экспорт – это способ существования страны, альтернативы которому на четвёртом десятке существования независимого Казахстана мы так и не придумали. О чём говорить, если бюджет последние лет шесть как минимум сводит концы с концами исключительно благодаря сырьевой кубышке Нацфонда...

С. К.: Недавно на одной конференции экспертов известный казахстанский экономист Айдар Кусаинов подтвердил, что «действительно, наступила суровая реальность». Интересно он охарактеризовал модель казахстанской экономики: нефть в обмен на продовольствие. Поэтому, по его мнению, принципиальных изменений в экономической реальности в обозримом будущем ждать не стоит. Сложно с ним не согласиться, если учесть, что, к примеру, доля   компании «КазМунайГаз» в казахстанской нефтедобыче всего 26%. Остальные запасы сырья качают иностранные компании. Их более 80 из 15 стран. Причём даже наша статистика добычи строится очень даже своеобразно. Допустим, формально фиксируется, что Казахстан получил миллиард долларов от продажи нефти. То есть мы как бы получаем миллиард долларов в бюджет. Однако на деле выходит так, что это не мы, а иностранные инвесторы добывают свою нефть (благодаря соглашению о разделе продукции) и продают её за рубеж, а Казахстан записывает её себе в статистику... При этом от нас они же всё время что-то требуют: завозите валюту в страну, удерживайте курс тенге, продавайте нефтяные трансферты на бирже, сделайте налоговые льготы, пересмотрите договора с экспортёрами и т. д. И это продолжается уже слишком долго. А ситуация между тем усугубляется, и чем это грозит нам в новых геополитических условиях? Как отметил тот же Айдар Кусаинов, беда в том, что мы оказались со своей многовекторностью в таком положении, что теперь должны и нашим, и вашим. Надо быть в ЕАЭС, потому что мы союзники, а там относятся болезненно ко всем непонятным движениям. И умудряться не ругаться с Западом, так как если на нас какие-то санкции наложат, то будет крах по всем фронтам. И получается, что реальная проблема Казахстана в том, что нет своего чётко выраженного вектора. А в его отсутствие приходится балансировать. Но высказываются мнения, что, может, это и не беда. Все, мол, балансируют. Правда, мы балансируем уж очень суетливо, потому что являемся мировой периферией, и экономика наша зависит буквально от всех соседей и от цены на энергоносители, которую не мы устанавливаем. Но обо всём этом уже множество раз говорено-переговорено, главное, на мой взгляд, это реальная на сегодня опасность того, что наша экономика и в самом деле не выдержит происходящего в мире и вокруг нас. И в самом деле начнут сбываться самые негативные сценарии: будут гиперинфляция, сокращение рабочих мест, перебои с продовольствием…

В. В.: Мы  снова  упёрлись рогом в тот самый дуб, о котором мы с тобой не раз базарили: в дефицит субъектности государства казахского. Попытки продемонстрировать политическую составляющую такой субъектности, предпринимаемые нашим президентом (вспомним июньский форум в Питере) оборачиваются, по мнению многих, издержками для и без того слабенькой экономической субъектности. 

С. К.: Да уж... Как говаривали в старое доброе советское время, есть мнение... И советским людям на партийных или профсоюзных собраниях становилось понятно, что это мнение – кого надо мнение и задавать лишние вопросы не следует. Так вот есть мнение, что ситуация с экономикой далеко не только у нас нехорошая. И не только у нашего северного соседа. К примеру, даже в западной прессе отмечают, сам читал и смотрел, что очень даже серьёзные проблемы нынче и в Европе. Отмечают, что оттуда капитал бежит в США и общее экономическое положение становится всё хуже: стагфляция уже не скрывается, энергетический кризис усугубляется, а в ЕС уровень промышленной инфляции вырос до 36%. Но поскольку, как говорят экономисты, это опережающий индикатор, то через 4-6 месяцев ожидаются сопоставимые значения в конечном потреблении. Иными словами, те рынки, с которыми мы связаны непосредственно и от которых зависит не просто наша экономика – вообще вся наша жизнь, без всякого преувеличения, тоже не внушают оптимизма. А вообще, скажу я тебе, хотя говаривал я это неоднократно, традиционно все эти аналитики-экономисты забывают о том, что экономика – это люди. А не схемы, не цифры или графики с рейтингами. И если людям последние месяцы каждый день говорят, что всё будет обязательно плохо, то почему эти люди должны вдруг поверить, что этого не произойдёт? Тем более что ситуация действительно становится всё сложнее. Поэтому торговец стремится, пока не поздно, поднять цену на свой товар, чтобы успеть хоть как-то подзаработать. Производитель – оптимизировать расходы и тем самым сократить производство, а руководство страны, видя всё это, найти любой способ погасить панику и избежать катастрофы. Какой способ? Ой, давай не об этом, мы же об экономике, а не о техногенных катаклизмах, эпидемиях, киберштормах, разжиганиях конфликтов и прочих неэкономических сюжетах. Просто посоветуем нашим согражданам хорошо отдохнуть летом, поднабраться сил и здоровья, чтобы встретить осень, так сказать, в готовности ко всему...

В. В.: До европейского кризиса ещё очень далеко. Все эти бесконечные вбросы российского агитпропа о пустых прилавках магазинов в городах Старого Света, мягко говоря, далеки от реальности. А вот мы точно недалеки от тяжелейших испытаний, одно из которых – обвал тенге. Если правы те экономисты, которые утверждают, что для полноценного развития экономики нужно отпустить тенге в свободное плавание, то уже к осени мы рискуем получить восемь сотен за один «зелёный». Вот тогда никому уже не будет дела до «льготной» и до всякой другой ипотеки, а девелоперам придётся, как писали классики, переквалифицироваться в управдомы. Так что ты прав: хороший отдых этим летом нам всем явно не помешает…

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых