Будем резать или «сама, сама, сама»?
Сегодня в мире снова отмечается День кесарева сечения. Прошло более 200 лет с тех пор, как оно впервые было успешно проведено американским доктором Джесси Беннеттом в 1794 году своей жене. Заканчивался XVIII век, ни анестезии, ни стерильности в распоряжении эскулапов не было и близко. Чудо, что женщине и ребёнку удалось выжить. Как будто сами небеса дали добро альтернативному методу родоразрешения.
Наша собеседница Шамшигуль Кудажанова, акушер-гинеколог высшей категории Центра перинатологии и детской кардиохирургии управления общественного здравоохранения г. Алматы, почти полвека принимает в этом личное участие.
Размер имеет значение
– Шамшигуль Айкеновна, первая операция по поводу аппендицита была проведена и того раньше, однако специальной международной даты не удостоилась. Почему же кесареву сечению такая честь?
– Ответ на ваш вопрос лежит на поверхности. Нисколько не умаляя важности по неотложным медицинским показаниям аппендэктомии, тем не менее в нашем случае речь идёт о спасении сразу двух жизней, матери и ребёнка. В любые времена у всего человечества нет более священного понятия, чем продолжение рода. Женщина, кроме прочего, воспринимается как драгоценный сосуд для вынашивания новой жизни, младенец – как залог непрерывной связи поколений…
Ну а если заглянуть в глубину эпох, то и у самого медицинского термина поистине царское происхождение. Кесарево сечение связано с именем Гая Юлия Цезаря, жившего в 100–44 гг. до н. э. в Риме. Мать будущего императора, кесаря, умерла во время родов, младенец остался жив благодаря извлечению из ее живота. Кстати, именно Цезарь издал закон, повелевающий так поступать с умершими беременными женщинами. Не факт, что все дети выживали, но возможность дать им такой шанс сама по себе была достойна и величава.
– С этим, безусловно, не поспоришь… Но по каким причинам женщина не может родить естественным путём, изначально предназначенным природой?
– По пословице «На здоровом дереве – здоровые плоды». Тут у нашей молодёжи далеко не всё в порядке. Немало проблем может возникнуть у будущей мамочки и плода, который она вынашивает. Скажем, крупным считается плод от 4000 г. и выше, гигантом – начиная с 5000 г. Наши СМИ о таких случаях сообщают с восторгом, а мы, врачи, понимаем его истинную цену. В 90% эти роженицы страдают диабетом, который сильно помолодел, ожирением. Другая ситуация, если у женщины анемия, заболевания сердца, лёгких, почек, эндокринные нарушения, да ещё в стадии декомпенсации. Ребёнок при доношенном сроке должен быть более 2500 г., но в её случае есть очевидная угроза задержки роста и веса плода. При массе, скажем, 1400 г. естественные роды он не выдержит. Или такой момент. Парни у нас любят заглядываться на девушек высоких, тонкого, изящного сложения. А у физиологии свои требования. При клинически узком тазе женщина сама не родит. Вот вам и ряд причин, по которым проведение кесарева сечения жизненно необходимо.
Диагностика не обманет
– Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) считает, что доля таких операций должна составлять 10-15% от всех родоразрешений в стране. Именно этот процент способствует уменьшению материнской и детской смертности. Почему в Казахстане статистика кесаревых гораздо выше?
– Теория и практика, к сожалению, далеко не всегда совпадают. Женщины нынче зачастую тянут до последнего с замужеством, рождением первенца – учёба, работа, карьера… Законы и алгоритмы организма никто не отменял, и чем мы старше, тем сложнее роды. Беременности могут предшествовать и даже совпасть с ней миомы, доброкачественные новообразования внутри или на поверхности матки, которые необходимо убрать. При современных технологиях диагностика позволяет определить повышенный риск кровотечения, погубившего в прежние времена огромное число женщин на разных сроках беременности и при родах, либо оставивших их без главного детородного органа, матки. Сейчас эта опасность пресекается загодя, с помощью кесарева сечения. К числу показаний относится положение плода. Если младенец собирается покинуть мамино тело вперёд ножками или попкой, то в сочетании с такими факторами, как зрелый возраст первородящей или её предшествующим бесплодием, без кесарева также не обойтись.
Парни у нас любят заглядываться на девушек высоких, тонкого, изящного сложения. А у физиологии свои требования.
– Но, согласитесь, в последние годы возникла тенденция, и не только у нас, настаивать на операции при полном отсутствии её необходимости. Процент неоправданных хирургических вмешательств в иных странах доходит едва ли не до половины в общем числе родов.
– Лично я отношусь к такой «моде» сугубо негативно и никогда не иду навстречу подобным требованиям. Если нет медицинских показаний, женщина, решившая стать матерью, обязана пройти этот процесс естественным путём, почитая его за осмысленное и дарованное природой благо. Тем более что буквально через несколько часов после родов её организм стремительно начнёт восстанавливаться, а хирургическое вмешательство, как бы успешно ни прошло, потребует известного времени, чтобы ему прийти в норму. К тому же нельзя сбрасывать риск послеоперационных осложнений, от которых не застрахуют и золотые руки врача. Опасения интимного свойства – стать менее желанной для своего мужчины после традиционных родов – в расчёт не принимаются. Я знаю, что говорю, эти руки открыли ворота в мир по меньшей мере трём тысячам младенцев.
Сейчас в мои должностные обязанности входит наставничество будущих коллег, проходящих резидентуру по акушерству и гинекологии. Когда-то мэтры, как недавно ушедшая из жизни профессор медицины, академик Нина Амировна Каюпова, вводили в профессию нас. Теперь наша очередь готовить себе достойных последователей и продолжателей.
Солидарность – не пустое слово
– Особенно с учётом досадных и горьких историй с медиками, достаточно частых в последнее время!
– Мы после вузовских лекций бежали в центральную библиотеку, допоздна изучали медицинские труды учёных и практиков. Нынешние студенты усиленно подрабатывают, и добро бы по специальности. А то ведь нередко курьерами да продавцами. Издержки объяснимы, только и профессия требует гораздо большей отдачи. Но по «гамбургскому счёту» наше здравоохранение трудно упрекнуть. Например, за рубежом пациентку после кесарева сечения отправляют из стационара домой через сутки, а для нас главное – принцип безопасного материнства, который определяет сроки пребывания роженицы и ребёнка в стационаре.
– И всё же факты материнской и детской смертности в нашей стране имеют место…
– Согласно данным Министерства здравоохранения, за минувший год показатель материнской смертности снизился на 10%, младенческой – на 26,3%. Но даже самый малый процент – не чьё-то отдельное семейное горе, а общая беда. Вопрос стоит об усилении солидарной ответственности за жизнь женщины. Пока надо признать, что она размыта. За состояние здоровья девочки отвечает врач-педиатр, дальше её ведёт подростковый кабинет поликлиники. Став девушкой, она как бы выпадает из поля зрения медиков, а нередко и родителей. Зато обнаруживается с наступлением беременности, и уж тут на неё наваливаются сразу все узкие специалисты. К сожалению, будущая мама успевает обзавестись непростыми диагнозами. Болезни же надо профилактировать, обнаруживать и лечить вовремя, чтобы материнство наступало радостным жизненным этапом. Поэтому тенденция на процентное снижение должна не успокаивать, а усиливать работу по предупреждению сложных и критических случаев при родах, чтобы нам приблизиться к показателям развитых стран. Эту позицию занимает и руководство страны, и все сотрудники нашего центра, единственного по своему профилю в Казахстане.
Светлана СИНИЦКАЯ
