Примерное время чтения: 9 минут
301

По любви и из-за денег  

В начале прошлого года сфера промышленности нуждалась почти в 18 тысячах работников, сразу на 60% больше, чем годом ранее. Главная нехватка людей, в количестве восьми с половиной тысяч, пришлась на обрабатывающую промышленность. Следом шёл сектор тепло- и энергоснабжения – с дефицитом рабочих кадров в 4500 человек. Горнодобывающая промышленность и разработка карьеров недосчиталась 3000 сотрудников. За половину 2023-го ситуация лучше не стала [газетная статья].

О том, почему в стране образовалась зияющая недостача трудовых рук, наша беседа с Павлом Беклемишевым, членом правления Союза машиностроителей РК, советником председателя президиума Национальной конфедерации работодателей Paryz.

ФИНАНСЫ ПОЮТ РОМАНСЫ

– Павел Иннокентьевич, согласитесь, подобный дефицит нынче во всём мире. Последние десятилетия везде наблюдается спрос на рабочую силу. Кроме, возможно, только Африки, которую ближний сосед Россия даже рассматривает в виде потенциального донора трудовых рук.

– Это повод не для успокоения, а для поиска выхода, в том числе, разумеется, и в преодолении региональных барьеров. Без толку кивать на проблемы других стран! Выживать надо самим, здесь и сейчас. Для начала я не верю в статистику, которая выдаётся на-гора. Я сейчас об отрасли машиностроения, родной для меня. Отсутствуют объективные данные о её развитии, в частности, некорректна и не отражает реальную картину информация о численности занятых в ней. А ведь данная отрасль должна быть приоритетной, она создаёт основу для современного и будущего развития страны. Об этом, кстати, много говорилось на 11 форуме машиностроителей Казахстана. Возьмём самый простой и показательный пример. По статданным, в машиностроении сегодня заняты около 120 тысяч человек. Более-менее понятно, где трудятся 50 тысяч. А остальные? Госчиновники туманно объясняют, что примерно половина от названной цифры работает ремонтниками и монтажниками в горно-металлургическом, нефтегазовом, электротехническом секторах. Но это же несерьёзно, голые слова, без какой-либо конкретики. Если бы количество занятых было и впрямь настолько благополучно, то откуда взяться дефициту рабочих кадров? А он налицо, со всеми вытекающими последствиями. Отсюда и некорректные показатели производительности труда.

– Странно такое слышать. В 2019-м был принят «Комплексный план развития машиностроения», рассчитанный на пять лет. Как будут ответственные лица отчитываться в будущем году о его выполнении?

– На самомделе этот документ назывался «Дорожной картой». Там все пункты начинаются со слов «рассмотреть» или «проработать возможность». Нет конкретных формулировок: сделать одно, другое, третье. И главное, не предусмотрено финансирование. Впору сослаться на мудреца, сказавшего, если не знаете, в чём причина, то она в деньгах. Как вообще можно составлять реальные планы, не обладая полнотой информации происходящего в отрасли? Не зная, каким кадровым составом они будут исполняться. Тем не менее сейчас все мы находимся в довольно нервной ситуации подготовки нового комплексного плана, уже до 2029 года. Касательно отчёта, не припомню, было ли у нас принято докладывать широкой общественности о выполнении взятых обязательств, тем более что и обязательств-то не было.

– Между тем индекс промышленного производства год от года повышается буквально в разы. Как можно его достигать при дефиците кадров, которые, как известно, решают всё? Парадокс?

– Есть разные виды лжи. Объяснима та, что во спасение, а самая худая – самому себе. Смотрите, за счёт чего можно, к примеру, нарисовать рост этого самого индекса. Сборочное производство – подходящий вариант, которым пользуются не первый год. Прикрутили четыре импортных колеса к импортному корпусу, выполнили ещё несколько нехитрых отверточных операций, и готов автомобиль стоимостью 25 тысяч у. е., или десять миллионов тенге по-нашему. А всего-то четыре человека и было занято. В Советском Союзе тоже сталкивались с таким феноменом, но тогда существовал показатель нормативно чистой продукции, считали действительно произведённое, а не липу на бумажке.

Павел Беклемишев.
Павел Беклемишев. Фото: из газетных материалов

НАПИЛЬНИК ИЛИ ПИЦЦА?

– Теперь о кадрах. Отталкиваясь от окружившей их тайны за «семью печатями», как повысить рост рядов рабочего класса?

– Не только рост, но и профессионализм. Весной нынешнего года я был в Лейпциге на машиностроительной выставке. Нам организовали встречи, на которых удалось подробно выяснить вопросы подготовки специалистов именно рабочего звена. На 60% это происходит на предприятиях и только на 40% – в учебных заведениях, причём продолжается не менее трёх-четырёх лет. Не как у нас: берут паренька с улицы и на краткосрочных курсах пытаются пробудить в нём любовь к созидательному труду и дать основательную квалификацию. Как такое возможно? Согласен, при необходимости можно за ограниченное время переучить слесаря на токаря, токаря на фрезеровщика или сварщика. Но никак не обучить профессии юнца без малейших навыков, не умеющего держать в руках напильник. Ещё отличие в том, что у нас все затраты по подготовке будущего труженика стремятся повесить на работодателя, по принципу «вам надо, вы и старайтесь». Хотя согласно конституции, базовое профессиональное образование предоставляется за счёт государства. В Германии расходы делятся на три части. Первую берёт на себя федеральное правительство, вторую оплачивает местный бюджет и третью – предприятие.

– Так ведь надо паренька ещё и заинтересовать чем-то, кроме тезисов о патриотизме и обещанием будущей трудовой славы?

– Здесь тоже напряжёнка. Парень посмотрит на своего соседа, который сел на мотороллер, развозит по городу пиццу и огребает до миллиона тенге в месяц. А завод ему сколько предложит? Вот и я о том же. Всё же взаимосвязано. На форуме мы вспоминали недобрым словом прошлую зиму, катастрофы в энергоснабжении. Не хочется быть чёрным оракулом, но ведь и предстоящая зима может вырубить рубильники. Оборудование, поставленное много лет назад из России и Украины, обветшало донельзя, а этим странам сейчас не до нас. Нам самим под силу заменить агрегаты на отечественные? Пока не очень, опять вопрос упирается в технологические и кадровые возможности. Так и будем, как пони, ходить по кругу?

ЗА ДАЛЬЮ – ДАЛЬ

– В СССР была развитая и успешная система профтехобразования. Неужели от неё ничего не осталось?

– Кое-что уцелело, но пересчитать можно по пальцам. Поэтому о системе говорить не приходится. На поверхности всё вроде благополучно. Технические колледжи ежегодно набирают раза в три больше, чем есть заявок от предприятий машиностроительного профиля. Но во-первых, качество образования оставляет желать лучшего, во-вторых, далеко не все доучиваются, в-третьих, и закончив, не хотят идти на работу в нашу депрессивную отрасль. Дело ещё и в том, что большая часть этих учебных заведений государственная, частные тоже существуют за счёт грантов из бюджета, и видят они своими заказчиками государство, а не предприятия, с которыми отношения складываются эпизодически. У работодателя аналогично отсутствует навык социального партнерства. Словом, каждый дует в свою дуду, усилия уходят в пар и гудок, в результате страдает дело.

– И всё же если прикинуть, какова сегодня потребность в рабочих кадрах машиностроителей?

– Навскидку, полагаю, тысяч 15, но крепких, хорошо подготовленных. Трудно делать прогноз без опоры на действительное положение вещей и перспективное планирование. Я после школы поступил в Московский авиационный институт, хотел стать инженером-конструктором космических аппаратов, а оказался на кафедре двухсредных летательных аппаратов, к которым относятся ракеты-торпеды. В Алма-Ате начинал строиться завод «Гидромаш», и о специалистах задумались за десять лет до пуска первой его очереди. Кто у нас нынче заглядывает в такие дали? А надо бы.

Фото: из газетных материалов

ЧИПЫ – ЭТО НЕ ЧИПСЫ

– К кому пойти за наукой?

– Да те же немцы готовы в нас вкладываться, предлагают обучать молодых профессиям железнодорожников, авиаторов, даже водителей высокого класса. Мир хоть и разделён границами, но контакты разрастаются, увеличивается наша зависимость друг от друга.

– Сначала выучат, а потом переманят к себе…

– Тут уже родная страна должна постараться стать более привлекательной для своих граждан, чем жирная чужбина. Иначе специалисты так и будут уезжать, немало их сегодня трудится за рубежом. Отечественные мозги и руки надо беречь, человеческий капитал – самое дорогое достояние. На днях президент дал задание поразмыслить о выпуске чипов в рамках ЕАЭС. Казахстан со своей природными и прочими возможностями вполне мог бы стать достойным производителем в данной сфере. Свой кремний, есть специалисты в области его обработки. Мы многое можем, даже корабли построим, если будет нужно. Вопрос в политической воле и разумной организации всех процессов. И в том, чтобы не бояться правды, иметь смелость открыто оценивать свои дела и поступки на всех уровня

КСТАТИ

По данным бюро нацстатистики, добыча металлических руд не стала сильным звеном казахстанского горнопромышленного комплекса. Падение объёмов добычи в 2022 году наблюдалось по железным, медно-цинковым, алюминиевым, марганцевым и хромовым рудам. Сильнее всего за год сократилась добыча марганцевых – на 74% и железных руд – на 17%. Добыча медных руд за год, напротив, существенно увеличилась: с 124 до 136 млн т. Соответственно, это сказалось на росте на 13% производства рафинированной меди, с добычей 453 тыс. т. Также за указанный период в стране на 5% прирос объём добычи свинцово-цинковых руд, составив              8,7 млн т. Получается, что добывающая промышленность Казахстана в 2022 году несколько «просела». Во-первых, видна отрицательная динамика добычи многих видов металлических руд. Во-вторых, нефти и газа, главных энергетических ресурсов, в республике добыли меньше, чем годом и двумя раньше. Однако в золото- и угледобывающей отраслях показатели, наоборот, приросли, что не может не радовать.

Цифровой геологический портал Казахстана E-Geoprom

Светлана СИНИЦКАЯ

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых