16 декабря в Казахстане отметят 35-летие независимости
Человеческая память имеет свойство некоторые события преувеличивать, другие преуменьшать. Возможно, поэтому воспоминания о первых годах независимости могут показаться субъективными, но это вполне объяснимо с учётом прошедшего времени. Фрагментарное изложение также объясняется давностью времени.
Весь декабрь 1991 года в тогда ещё Алма-Ате царило лихорадочное возбуждение. Оно было тревожным, так как никто не знал, что впереди нас ждёт. После «парада суверенитетов», случившегося в 1991 году, многие из нас с тревогой ожидали, что же будет дальше. Помню (а работала я тогда сначала стажёром, а потом корреспондентом в «Казахстанской правде» и часто бывала в Верховном cовете), что весь декабрь депутаты и президент Нурсултан Назарбаев совещались. И наконец, 16 декабря было принято решение о государственной независимости страны. После объявления суверенитета и присоединения к СНГ стало понятно, что предстоит сделать многое для построения независимого государства.
Кадры определяют всё
Естественно, что стране, только начинающей шаги по пути независимости, остро не хватало людей, умеющих вести переговоры на самом высшем уровне и знающих, как строить независимость.
Можно по-разному относиться к Нурсултану Назарбаеву, но мало кто представляет, с какими трудностями ему пришлось столкнуться на первых порах. Нехватка кадров потребовала новых подходов к формированию управленческой структуры.
Именно тогда он начинает приглашать в страну этнических казахов из других стран. Одним из первых оказался нынешний президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев, ставший в 1992 первым заместителем министра иностранных дел. Помню, тогда впервые увидела Касым-Жомарта Кемелевича на одном из мероприятий с участием президента Назарбеава. Группа министров стояла сразу за столом, и среди них выделялся Токаев. В то время когда другие министры общались друг с другом, он был заметен сразу каким-то отчуждением и молчанием. Мы, журналисты, находились напротив них и примечали все детали.
Следующим приглашённым стал Нагашыбай Шайкенов, советник, министр юстиции и затем вице-премьер. Львиная доля в разработке Конституции 1995 года принадлежит именно ему. Но о Нагашыбае Амангалеевиче надо рассказывать отдельно, ибо за свою сравнительно недолгую работу в Казахстане он сумел сделать столько, сколько другому человеку хватило бы на несколько десятков лет.
Мне посчастливилось быть не просто знакомой с Нагашыбаем Амангалеевичем, но и подружиться с ним. В начале осени 1992 года тогдашний главный редактор газеты Вячеслав Михайлович Срыбных вызвал меня в свой кабинет и сказал, что необходимо взять интервью у нового советника президента страны. К сожалению, сейчас не помню, на какую тему должно быть интервью.
В назначенный час я уже была в президентской резиденции, где в небольшом, залитом солнцем кабинете меня встретил худощавый, в очках человек. После первых минут разговора он вдруг сказал мне: «Постойте, а я же вас знаю. Это вы мне задавали вопросы на конференции?».
Тогда и я вспомнила его. Дело в том, что ещё до получения суверенитета в Алма-Ате стали проводиться различные научные конференции, встречи. Как правило, они проходили либо в Доме учёных Академии наук, либо в здании политпроса. Вот на одной из конференций присутствовал и Нагашыбай Амангалеевич. После его выступления, оказавшегося самым интересным, несколько журналистов окружили его и стали задавать вопросы.
Не скрою, было приятно, что мои вопросы запомнились. А сама манера беседы напомнила моих любимых преподавателей в УрГУ – Владимира Валентиновича Кельника и Дмитрия Павловича Вовчка.
Свердловск и некоторые общие знакомые – всё это стало основой нашей дружбы, продлившейся до самой кончины учёного. К слову сказать, Нагашыбай Амангалеевич дружил со многими журналистами – теми, кто интересным вопросом или острой репликой привлекал его внимание.
Третьим, кого пригласили из-за рубежа, оказался Нурлан Балгимбаев. Нурлан Утебович спокойно работал в «Главнефтегазпереработке» Министерства нефтяной и газовой промышленности СССР. Затем стажировался в «Шевроне». И именно из «Шеврона» его пригласили на работу в родной Казахстан. Министр нефтяной и газовой промышленности, а затем премьер-министр – таковы вехи его пути.
Мне хорошо помнится день, когда я впервые увидела Нурлана Балгимбаева. В холле президентской резиденции нервно ходил из стороны в сторону хорошо одетый, худощавый человек с родинкой на щеке. Как оказалось, было от чего нервничать. Чуть позже журналистам представили нового министра нефтяной и газовой промышленности. Это и был тот худощавый человек, который с тех пор стал знакомым для многих журналистов.
Ещё до получения суверенитета в Алма-Ате стали проводиться различные научные конференции, встречи
Сегодня мало кто знает, что в первые годы независимости двери резиденции президента страны, где тогда находились и члены кабинета министров, были открыты для журналистов. Конечно, к самому президенту и премьер-министру так просто нельзя было попасть, но зато в остальные кабинеты и библиотеку можно было спокойно пройти. Кстати, о библиотеке. Помню, как Нагашыбай Амангалеевич Шайкенов давал мне читать «Дигесты» Юстиниана и упомянул о том, что эту книгу видел неоднократно на столе президента страны.
Все вышеназванные люди были первыми ласточками, кто оказался на исторической родине. Историю независимого Казахстана трудно представить без них. Но не только они приехали тогда. Многие военные, специалисты иных квалификаций тоже приезжали и вливались в строй. По мере сил каждый из них вносил свой посильный вклад в становление государственной независимости страны.
Атрибуты независимости
Какое государство может обойтись без герба, флага и гимна? Помнится, был объявлен конкурс на создание лучших вариантов государственных символов. В Верховном совете 12-го созыва шли дебаты, каким быть флагу суверенного Казахстана. Споры, дискуссии, но большинство склонялось к тому, что флаг обязательно нужно иметь голубого цвета, а в середине солнце с лучами, под которым парит орёл. В конце концов, сошлись на варианте флага, предложенного художником Шакеном Ниязбековым. Автором же герба стал известный скульптор Шота Уалиханов. Он предложил в центре поместить изображение шанырака. Шанырак у казахов не просто остов юрты, а имеет сакральный характер. И об этом говорили многие участники дискуссий. Идею скульптора поддержали.
Гимн независимого Казахстана изменился в 2006 году, когда песню «Менің Қазақстаным» Шамши Калдаякова на слова поэта Жумекена Нажимеденова закрепили в качестве гимна. Лично мне кажется, что это был наилучший выбор в качестве гимна. Эту песню помню с детства, когда по «Казахскому радио» часто её передавали в исполнении моей однофамилицы Жамал Омаровой, и мы с бабушкой слушали её. Песня не только напоминала о просторах страны, но и звала ввысь, порождала стремление двигаться. И здорово, что депутаты парламента оценили это.
Открытые двери
Воспоминания постоянно возвращают меня в первые годы нашей независимости. И никак нельзя умолчать, что тогда двери государственных органов были открытыми, и в первую очередь для нас, журналистов. Если Верховный совет, сначала 12-го, а затем и 13-го созывов, были островками демократии, о чём с высоты наших дней вспоминается с грустью, то и президентская резиденция стала местом, куда можно было прийти в поисках необходимой информации. Тон в этом задавали не только пресс-секретари главы государства, сотрудники пресс-службы, но и он сам. Нет, пожалуй, ни одного события в начале 90-х годов, которое бы не объяснял сам Нурсултан Назарбаев. Сегодня мне кажется, что во многом это объяснялось тем, что первыми пресс-секретарями президента страны были Гадильбек Шалахметов и Сейтказы Матаев – люди, имевшие всесоюзный статус и хорошо понимавшие, что гласность во многом помогает стирать не только границы, но и настраивать на единый лад.
Пресс-конференции, брифинги – всё это сохранялось и при двух других пресс-секретарях – Дулате Куанышеве и Кайрате Сарыбаеве, а потом, увы, исчезли.
А тогда президент не только сам участвовал в пресс-конференциях, но и часто брал с собой в поездки по стране журналистов и там, на местах, разъяснял, почему делают так, а не иначе.
Вообще мне кажется, что первые годы суверенитета требуют осмысления и своих исследователей. Возможно, тогда взгляд на прошедший путь окажется иным у всех, кто переживает за родную страну.
Айгуль Омарова
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
