Почему в Казахстане больше не получится «развести»? В стране запустились серьёзные правовые сдвиги, включая вступление в силу новой Конституции.
О том, как казахстанцы и особенно казахстанские чиновники учатся жить по-новому, мы поговорили с Анной Гумбольд, экспертом Алматинской ассоциации юристов.
– Анна, с 1 июля нулевая терпимость и принцип «Закон и порядок» закреплены на конституционном уровне. МВД уже рапортует о снижении преступности на 10%. Это магия цифр или мы действительно проснулись в другой стране?
– Мы проснулись в стране, где общество окончательно устало от принципа «брат-сват». Снижение криминала на 10% – это не кабинетная статистика, а тысячи неразбитых остановок, не выброшенных мимо урны окурков и, главное, отказов давать взятки. Июльский указ президента закрепил очень точную формулу: «Ответственный человек – честный труд – заслуженный успех». Это не просто лозунг, это новый социальный контракт. Государство четко сказало: правила игры изменились, прощать «мелкие» грехи больше никто не будет. И у граждан начал формироваться правовой иммунитет.
– Хорошо, с гражданами ясно. А что госаппарат? Заработал новый закон «О государственной службе», по всей стране – вот на днях даже в Жетісу – чиновников собирают на разъяснительные семинары. Чему их там сейчас учат?
– Я бы сказала: их учат выживать в новых прозрачных реалиях. Раньше конфликт интересов нередко спускали на тормозах. Новый закон выстроил жесточайшие антикоррупционные фильтры. Сейчас на этих семинарах разбирают не скучную теорию из методичек, а реальные жёсткие кейсы: как не вылететь с работы за протекцию родственникам и почему меритократия теперь работает на практике. Госаппарат проходит через своеобразную детоксикацию. Спрятаться за связями агашек больше не выйдет.
– Звучит красиво, но давайте добавим ложку дёгтя. Законы приняты, а обещанный еще в прошлом году публичный «Реестр коррупционеров» так и не стал общедоступным. Почему общество готово, а списки нет?
– Вы попали в самую болевую точку. Это классический парадокс: запрос на открытость колоссальный, бизнес ждёт возможности проверять кандидатов на коррупционное прошлое, а важнейший инструмент застрял в бюрократических шестерёнках. То, что реестр тормозит, показывает, что скрытое сопротивление старой системы ещё живо. Но давайте будем реалистами: с учётом нового конституционного курса этот «цифровой рубильник» всё равно придётся включить. Запрос казахстанцев на чистые руки сегодня слишком высок, чтобы чиновники могли позволить себе спрятать этот реестр под сукно.
Марк ЛОТВИН
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
