Примерное время чтения: 9 минут
519

Бег на месте

ВЕСНОЙ 1999 ГОДА В ПАРИЖЕ СОСТОЯЛСЯ МЕЖДУНАРОДНЫЙ НАУЧНЫЙ СИМПОЗИУМ, ПОСВЯЩЕННЫЙ СТОЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ НАШЕЙ НАЦИОНАЛЬНОЙ ГОРДОСТИ, АКАДЕМИКА КАНЫША САТПАЕВА, ЧЬЕ ИМЯ ВКЛЮЧЕНО В СПИСОК ЮБИЛЕЕВ, ПРОВОДИМЫХ ПРИ ПОДДЕРЖКЕ ЮНЕСКО. НА СИМПОЗИУМЕ БЫЛА ОРГАНИЗОВАНА ВЫСТАВКА ПОД ДЕВИЗОМ «НАУКА КАЗАХСТАНА: ИЗ ПРОШЛОГО – В БУДУЩЕЕ». О ТОМ, КАК ВЫГЛЯДИТ ЭТО БУДУЩЕЕ СЕГОДНЯ, ПОЧТИ ЧЕТВЕРТЬ ВЕКА СПУСТЯ, НАША БЕСЕДА С ЕДИЛЕМ МАМЫТ БЕКОВЫМ, КАНДИДАТОМ ФИЗИКО-МАТЕМАТИЧЕСКИХ НАУК, ДЕПУТАТОМ СЕНАТА ПАРЛАМЕНТА КАЗАХСТАНА [газетная статья].

С НОГ НА ГОЛОВУ

– Едиль Куламкадырович, по известному выражению Эйнштейна, наука – это драма идей. Можно ли его отнести к ситуации с Национальной академией наук? Есть ли логика в предложенном преобразовании?

– Это не драма, а явный абсурд. Логика чиновников, не вникающих в особенности организаций образования, науки, медицины и культуры. Вот они и решили присвоить им унифицированные названия: РГП, РГПХ, АО, НАО и т. д. Видимо, позабыв, что главная задача этих структур заключается в создании научной, образовательной и культурной продукции, а не в получении прибыли.

Едиль Мамыт Беков.
Едиль Мамыт Беков. Фото: из газетных материалов

Стремление перейти на рыночные отношения в промышленности и сельском хозяйстве привело к вульгаризации деятельности организаций, работающих на удовлетворение высших потребностей всего общества. По моему мнению, для Национальной академии наук, университетов, культурных и медицинских учреждений нужны свои законы, регулирующие их деятельность, не сводимую до уровня бизнес-структур.

К сожалению, прежняя академия, занимавшая достойное место в советской науке, стремительно из-за необдуманных, а возможно, и целенаправленных решений отдельных чиновников, стала общественной организацией, к рекомендациям которой мало кто и в госорганах, и в среде хозяйственников прислушивается.

Авторитет академии подорван окончательно, потерялась былая связь между тремя ветвями науки – академической, вузовской и ведомственной. Да сегодня и нет этих самих ветвей, а результаты научной деятельности практически никак не отражаются в производстве.

Поэтому, когда на торжественной сессии общего собрания НАН РК 1 июня глава государства Касым-Жомарт Кемелевич Токаев сказал, что приняторешение о необходимости повышения роли Национальной академии наук РК и придании ей государственного статуса с финансированием из бюджета, всё научное сообщество встретило это с воодушевлением.

Фото: из газетных материалов

Однако чиновники бывшего Министерства образования и науки сделали, как обычно, все наоборот. Придав академии статус некоммерческого акционерного общества, перевернули поручение президента с ног на голову. Причем не отделались за это самоуправство даже легким испугом.

– Какие реальные горизонты открылись бы при государственном статусе у академии наук?

– Тот, о котором говорил президент, давал возможность решить множество серьёзных задач для возвращения академии доброго имени и заслуженного авторитета.

Например, следовало бы отменить экспертизу научных проектов и программ в Национальном центре научно-технической экспертизы как не оправдавшую себя, передав именно академии экспертную деятельность в научной отрасли. Полагаю, что руководители вузов и научно-исследовательских институтов не только могли бы, но и должны выбираться их коллективами путем тайного голосования.

ЧЕМ КУМУШЕК СЧИТАТЬ ТРУДИТЬСЯ…

– Возможно, по такому, акционерному, принципу организованы высшие научные структуры в других странах?

– Что касается статуса академий в странах, входящих в Организацию экономического сотрудничества и развития, в том числе и в СНГ, то они наделены государственными функциями, принимают решения вместе с членами правительств, то есть участвуют в государственном управлении.

– Есть точка зрения, что только треть ученых, в том числе и академиков, действительно занимается наукой, для остальных – погоня за престижем и званиями. Это притом, что количество учёных по сравнению с концом прошлого века уменьшилось в Казахстане почти в два раза.

– Почему-то никто у нас не задаёт подобного вопроса о целесообразности по отношению к другим крупным объединениям: правительству, маслихатам, Национальной палате предпринимателей «Атамекен», ассоциации финансистов и т. д., которые влияют на нашу жизнь гораздо сильнее и не всегда в лучшую сторону.

Да, в Казахстане значительно уменьшилось количество учёных, снизился интеллектуальный потенциал страны. Но разве Национальная академия наук все эти годы распределяла финансирование научным организациям? Этим занималось МОН с своими научными экспертными советами, непонятно как созданными, и принимало решения, которые зачастую вызывали не только удивление, но и отдавали «коррупционным душком».

Трудно сказать по поводу трети ученых, возможно, и большее количество. Сегодня никто не определит с точностью. Да и не в этом дело, а в том, что наука до сих пор не может подняться с колен, находится на обочине производства и экономики. Потому научная деятельность в Казахстане не ценится и, соответственно, талантливая молодежь не идет в науку.

– Как перебраться с обочины на столбовую дорогу?

– Сегодня необходимо коренным образом изменить систему государственной помощи науке и научной деятельности. Начинать нужно с финансовой поддержки в виде грантов. Пока эта система несовершенна, вызывает много нареканий со стороны научной общественности, которая видит на практике нарушения принципов справедливой конкурсной состязательности. Многие серьезные ученые и сильные научные коллективы даже не принимают участия в «дележе» грантов.

ПРЕСТИЖ ИЛИ КОНФУЗ?

– Вы были против слияния педагогических вузов с университетами. Разве это не закрыло бы учителям путь в большую науку?

– Педагогика – одно из направлений большой науки. Дорога в неё учителям не только не закрывается, но и даёт новые возможности для профессионального совершенствования.

Я и теперь против фактического уничтожения педагогических специальностей, к которому привело бывшее руководство МОН. Именно по их вине сейчас в законодательстве нет понятия «учитель». Всех сделали педагогами! На мой взгляд, именно из-за некомпетентных людей в руководстве отрасли образование и наука сегодня в стране по уровню деградации занимают «ведущие» позиции.

Фото: из газетных материалов

В период становления независимости система высшего педагогического образования включала в себя 18 пединститутов. По одному было в каждом областном центре страны. С 1994 по 1998 год все, за исключением казахского женского в Алматы и аркалыкского, объединившись с другими вузами, стали университетами.

– Но ведь замысел был благим: повысить статус педагога хотя бы университетским дипломом!

– Как следствие, мы, напротив, получили снижение престижа учителя, дефицит кадров в дошкольном, среднем и среднеспециальном образовании. Считаю, что это развал сферы просвещения.

Президент страны в своем обращении на августовском учительском форуме поставил проблемы в сфере образования в один ряд с экономическими и политическими. Система образования консервативна. Нельзя с ней при каждом новом министре проводить постоянные эксперименты и реформы. А сегодня отсутствие преемственности, внедрение не апробированных во времени и пространстве инициатив и преобразований стали нормой.

Необходимо понимать, что произошло слияние разных по своему качеству и назначению вузов. Региональных пединститутов, готовивших специалистов в первую очередь для сельской местности, теперь нет. Присоединение педвузов к более конкурентоспособным университетам приводит к «оптимизации» кадрового состава в основном за счет сотрудников первых. Логично предположить, что через пять-десять лет сократится подготовка молодежи по педагогическим специальностям.

Есть мнение, что подобный симбиоз позволяет избежать дублирования подготовки кадров. Однако не секрет, что именно она для многих университетов превратилась в источник добывания денежных средств.

Более того, такая подготовка выбивается из классической многопрофильной системы университетов, что грозит потерей качества педагогического образования. Результат – будущее школ и детских дошкольных учреждений становится весьма проблематичным.

Кстати

Бозон Хиггса. Эта новая частица получена в ходе экспериментов в Большом адронном коллайдере. Если говорить предельно просто, то бозон Хиггса отвечает за наличие массы у частиц и, соответственно, у всего, что состоит из частиц, то есть всего материального.

Механизм аутофагии. Японский учёный Есинори Осуми пришёл к выводу, что клетки могут частично поедать себя, избавляясь от старых или поврежденных участков, тем самым получая новые ресурсы для восстановления и дальнейшего функционирования.

Металлический водород. Сверхпроводник, полученный учёными Гарвардского университета, при плавлении выделяет в 21 раз больше энергии, чем сжигаемый такой же килограмм газообразного водорода.

Квантовые компьютеры. Они многократно увеличивают вычислительные возможности процессоров, сокращая время сложных операций, и ведут к мощному прорыву в области искусственного интеллекта и молекулярного моделирования.

Робот-андроид с живыми мышцами. Созданный японскими инженерами биогибридный робот имитирует движения человеческого пальца. В устройстве используются живые мышечные летки, металл и пластик. Устройство способно перемещать небольшие предметы, сгибаясь в суставе.

Продолжение разговора с сенатором Едилем Мамытбековым о проблемах казахстанской науки и образования – в одном из ближайших номеров «АиФ».

Светлана СИНИЦКАЯ

Оцените материал
Оставить комментарий (0)
реклама

Топ 5 читаемых