Турция мечтает о Великом Туране, Казахстан ставит границы
Прошедший в турецкой Анкаре XIII саммит Организации тюркских государств (ОТГ) заметно оживил мировые новостные ленты. Журналисты наперебой обсуждали насыщенную повестку форума, скандальное отсутствие на нём президента Азербайджана Ильхама Алиева и, конечно же, неожиданное заявление лидера Казахстана Касым-Жомарта Токаева.
Имперский вектор Эрдогана
Оно касалось возможного приглашения России в ОТГ. Многие сходились во мнении, что в этом есть резон, поскольку Российская Федерация объединяет множество тюркоязычных народов: это чуваши, башкиры, тувинцы, якуты, татары, алтайцы, ногайцы – в общей сложности 28 этносов.
Напомним, ОТГ состоит из пяти государств: Турция, Азербайджан, Казахстан, Кыргызстан и Узбекистан. Что касается Туркменистана, Венгрии и Турецкой Республики Северного Кипра, то они участвуют в работе организации с усечёнными полномочиями – в качестве наблюдателей.
Ни для кого не секрет, что основная цель данной структуры – активное продвижение идеи пантюркизма в Закавказье, Центральной Азии и на Ближнем Востоке. Идеальным итогом, по мнению официальной Анкары, должно стать создание союза нескольких государств с общим названием Великий Туран – некоего подобия Османской империи.
Первую скрипку в объединении, естественно, будет играть Турция. Она же, по умолчанию, должна задавать тон в военной, экономической, политической и культурной сферах. Турецкие консервативные силы охотно разыгрывают данную карту, видя в планах своего президента Реджепа Эрдогана отблески былого имперского величия. К тому же под знамёнами «Великого Турана» можно собрать огромную тюркоязычную армию и противопоставить её Израилю. Который, кстати, тоже вынашивает имперские планы и уже много лет предпринимает практические шаги по конструированию Великого Израиля – от Северной Африки до Южного Кавказа.
Тема пантюркизма – одна из самых популярных в сегодняшней Турции. Особенно усердно её продвигает Партия националистического движения. Эрдоган, со своей стороны, охотно поддерживает тезисы о возвращении к былой славе – для него здесь важен внутриполитический аспект, ведь броские националистические лозунги всегда помогают перед выборами. К тому же турецкий лидер понимает: 88-миллионная Турция весьма ограничена в природных ресурсах, у неё нет ни собственной нефти, ни газа, ни значимых запасов угля, руды, древесины.
Всё это турки рассчитывают получить от союзников по ОТГ. Казахстан, как известно, обладает потенциальным запасом нефти в 23 миллиарда тонн, в стране открыты 200 месторождений газа, республика занимает лидирующие позиции в мире по запасам вольфрама, цинка и барита, второе – по запасам свинца, хромитов, серебра, третье – флюорита и меди, четвёртое – молибдена, и пятое – золота. Добавим сюда свинец, уголь, висмут, алюминий, уран… Целая кладовая! На всё это положил глаз чрезмерно прагматичный турецкий «султан».

«Деньги не в Турции, а в Средней Азии»
Председатель «Фонда развития Азии» Александр Собянин считает, что Эрдоган поступает прагматично, ударными темпами развивая «восточный вектор». Он обращает внимание на то, что пантюркистская экспансия хорошо синхронизирована с так называемым Маршрутом Трампа, названном так по имени действующего американского президента, который тоже не прочь погреть руки на чужом богатстве.
Здоровые политические силы в Казахстане (да и во многих других постсоветских республиках) с настороженностью воспринимают турецкие грёзы. Учитывая уроки истории, они осознают, что путь к пантюркизму – это всегда путь военный, путь вытеснения и даже физического истребления других народов. Вспомним судьбу некогда проживавших на территории Османской империи ассирийцев, греков, армян, курдов – их жертвы исчисляются миллионами. Пантюркизм является довольно жёсткой доктриной, которая требует пролития рек крови.
Партнёры Турции не могут не видеть, что навязывание Анкарой тезисов об «исключительной и определяющей» роли турок в тюркском мире отодвигает другие нации на второй план. Любые попытки Турции подчинить себе все тюркоязычные народы направлены исключительно на достижение экономических и политических интересов этой страны.
Рубежи допустимого: позиция Казахстана
Именно поэтому на упомянутом саммите президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев сделал категоричное заявление.
В том же выступлении он добавил, что сферу деятельности ОТГ стоит структурировать. Она, по словам казахстанского лидера, разрослась до 60 направлений, часть которых дублирует друг друга. Токаев подчеркнул недопустимость нарушения договоров, подписанных на высшем уровне в рамках организации.
Речь Касым-Жомарта Токаева на саммите стала отрезвляющим душем для сторонников военно-политической эскалации. Казахстанский лидер дал чётко понять, что Астана рассматривает ОТГ исключительно как площадку для равноправного экономического, логистического и культурно-гуманитарного сотрудничества, но никак не в качестве нового блока сил. Прагматичная позиция Казахстана опирается на многовекторную внешнюю политику: в Астане отдают себе отчёт, что любые попытки милитаризации организации или создание военного союза под эгидой Анкары неминуемо создадут напряжённость с ключевыми соседями по региону – Россией и Китаем.
Кроме того, Токаев призвал к прямой реформе самой структуры ОТГ, указав на опасность потери её эффективности. Расширение направлений работы до шестидесяти привело к размытию фокуса и дублированию функций, поэтому Казахстан настаивает на чётком структурировании приоритетов и неукоснительном соблюдении уже подписанных международных договорённостей. Тем самым Астана показала, что намерена строго отстаивать собственный суверенитет и прагматичные национальные интересы, не позволяя превращать тюркскую интеграцию в инструмент чужих имперских амбиций.
Айдар ЕРМЕКОВ