193

Съезд на обочину

При всем богатстве выборов альтернативы нынешней власти нет?

ЖУРНАЛИСТЫ ВИКТОР ВЕРК И СЕРГЕЙ КОЗЛОВ – О РАСКЛАДЕ ПОЛИТИЧЕСКИХ СИЛ И ОСОБЕННОСТЯХ «ЭЛЕКТОРАЛЬНОГО ПРОЦЕССА» НАКАНУНЕ ПРЕДСТОЯЩИХ 10 ЯНВАРЯ ВЫБОРОВ В МАЖИЛИС. [газетная статья]

Сергей КОЗЛОВ: Как ты думаешь, эти выборы очень интересны нашим с тобой согражданам? Или, как некоторые записные критики говорят, это всего лишь «имитация политического процесса»? Пока что я не заметил, чтобы происходящие партийные съезды, так сказать, обсуждались на кухнях и там звучали имена тех или иных кандидатов…

Сергей Козлов
Сергей Козлов.

Виктор ВЕРК: Для этого надо иметь парламентскую форму правления. У нас же парламент остается вспомогательным институтом исполнительной власти, интересным только персонажам, решающим через депутатство – свое или своих протеже – собственные задачи. Вот скажи, зачем переименовались коммунисты? Смысл назваться просто народной партией был бы, существуй в стране «антинародная». «Народниками» у нас представляются многие, в том числе «Нур Отан». Мы же все вроде как вышли из народа…

Виктор Верк
Виктор Верк.

ВИКТОР ВЕРК: «ВОТ МЫ С ТОБОЙ И ПОЛУЧИМ ТУ САМУЮ ДВУХПАРТИЙНУЮ СИСТЕМУ, КОТОРАЯ, КАК СЧИТАЮТ МНОГИЕ, СПОСОБНА НАДОЛГО ЗАКОНСЕРВИРОВАТЬ СУЩЕСТВУЮЩИЙ СТАТУС-КВО, ОБЕЗОПАСИВ СТРАНУ ОТ РАДИКАЛЬНЫХ СЦЕНАРИЕВ».

С. К.: Ну, насчет коммунистов сегодня вовсю ерничают и паясничают, это закономерно. «Учение Маркса всесильно, потому что оно…». Вышли мы почти все оттуда, это понятно. Меня вот какое ощущение не покидает: вышли-то мы вышли, а войти еще никуда не успели. Я к тому, что «в раньшее время» как говаривал Михаил Самуэльевич Паниковский, с выборами был полный порядок: выбирали кого положено. А потом было сказано, но не совсем осознанно, что так не положено. Надо выбирать по-другому. Как у них там далеко, понятно где. И вот уже четверть века происходит забавный процесс – как «у них «не получается, да и не хотят «верхи», чтобы мы так выбирали, а «как было» – уже нельзя. Но выбирать-то надо! Чтобы там, например, инвесторы видели, что мы изменились, чтобы ОБСЕ, госдепартамент, другие внушительные заграничные организации нас привечали. Да, конечно, они опять скажут: провели-то провели, но опять не по нашим правилам. Но очередная попытка будет засчитана, и вновь нас отметят: «Казахстан проделал определенную работу по совершенствования процедуры выборов». Мелочь, а приятно!..

В. В.: Понравиться «буржуям» приятно, но далеко не приоритетно. Главная цель – провести внешне конкурентные выборы, итогом которых наверняка станет внушительная победа «Нур Отана». Сегодня, как это ни смешно, элиты убеждены: только эта партия может гарантировать страну от самого болезненного сценария – передела собственности. На волне этого передела теоретически может произойти все, что угодно, вплоть до «цветной» революции. Этого боятся все – государственники и либертарианцы, «акулы бизнеса» и «офисный планктон», официальная власть и те, кого она «назначила» оппозицией. В этом смысле нельзя исключать, что ребрендинг коммунистов задуман в высоких кабинетах, чтобы окончательно запутать «протестный электорат». И тогда преодолеть проходные 7 процентов, чтобы попасть в мажилис, смогут только две партии, одна из которых будет представлять власть, а другая – бизнес. Да-да, тот самый МСБ, о необходимости холить, лелеять и защищать который сегодня твердят все, начиная с президента. А защищать от кого? От той же власти – акимов и акимчиков, налоговиков и таможенников, санврачей и пожарных… А кто такие МСБ? Это и есть народ! Не забывай, что, по официальным данным, этот сектор обеспечивает почти 40 процентов ВВП, в нем занято около 4 миллионов человек. Вот мы с тобой и получим ту самую двухпартийную систему, которая, как считают многие, способна надолго законсервировать существующий статус-кво, обезопасив страну от радикальных сценариев.

С. К.: Единство и борьба противоположностей? Неумолимая диалектика. Диалог власти и оппозиции. Власть хочет, чтобы не нарушался баланс в обществе (а он, естественно, всегда в ее пользу), а оппозиция – чтобы баланс изменился и она, оппозиция, в эту власть наконец пришла. А общество наблюдает за этим процессом, причем уже по большей части весьма пассивно. Но выборы, как бы к ним ни относились, все же процесс позитивный. Банальное выпускание пара из котла, который постоянно этим паром переполняется. Общество видит, что игры заканчиваются всегда одним и тем же, и помает: власть сильнее, она более изощренная и сплоченная. А оппозиция – слабее, разобщена, криклива и потому неинтересна. И у власти при этом веский аргумент, который никакая оппозиция опровергнуть не в силах: выборы-то провели, возможность провести своих людей в парламент дали всем, а уж кто не смог воспользоваться этим – это не наша вина. Видать, не готовы эти «крикуны» к тому, чтобы «дорваться до власти». Чем не политический процесс?

СЕРГЕЙ КОЗЛОВ: «ОБЩЕСТВО ВИДИТ, ЧТО ИГРЫ ЗАКАНЧИВАЮТСЯ ВСЕГДА ОДНИМ И ТЕМ ЖЕ И ПОНИМАЕТ: ВЛАСТЬ СИЛЬНЕЕ, ОНА БОЛЕЕ ИЗОЩРЕННАЯ И СПЛОЧЕННАЯ. А ОППОЗИЦИЯ – СЛАБЕЕ, РАЗОБЩЕНА, КРИКЛИВА И ПОТОМУ НЕИНТЕРЕСНА».

В. В.: О какой оппозиции ты говоришь? О молодых и прекраснодушно наивных «ояновцах» и иже с ними? Этих не пустят даже в буфет парламента, не говоря про зал заседаний. Остальная оппозиция – это кто? Неужто ОСДП, к которой после прошлогодних скандалов с продажей-выкупом бренда у беглого акима даже убежденные критики власти относятся с недоверием? Или «Ак жол», превратившийся из реально оппозиционной силы в провластную без всякого ребрендинга? Про первых мы знаем лишь, что это некий «рояль в кустах», ни с чем, кроме интервью одного из партайгеноссе, пока не прозвучавший. Вторые слышны погромче исключительно благодаря доступу к парламентской трибуне. Но их программа мало чем отличается от установок свеженького «Адала», который, очевидно, претендует на роль парламентской партии номер два…

С. К.: Вот ты опять о конкретных партиях и их программах. Хорошо. У нас шесть официально зарегистрированных партий. Но широкие массы наших сограждан знают лишь об одной партии – «Нур Отан». Остальные оживают лишь в предвыборный период. Да, какую-то работу с населением они вроде бы ведут, так сказать, в повседневной жизни, когда выборов нет. Но этой работы никто особенно и не видит. У них и финансовые, и кадровые ресурсы несравнимы с тем, что есть у партии власти, понятно. А людей наших интересуют, я убежден, не программы, в которых написать можно очень много красивого и правильного, а реальные возможности тех, кто эти программы выдвигает. Так вот, «Нур Отан» (только прошу меня не считать их сторонником или им симпатизирующим, я только о фактической стороне говорю), он реально работает даже в перерывах между электоральными циклами. И кстати, его члены оказывают коекому реальную помощь. Что касается идеологии… Сегодня само это понятие совершенно дискредитировано. Буквально у всех партий единственный, с позволения сказать, идеологический посыл: мы за народ, мы понимаем его чаяния и нужды и будем делать все, чтобы сделать жизнь справедливее. Это основа всех партийных программ. А их детали не так важны и мало отличаются друг от друга.

В. В.: А какой еще может быть посыл? Только «за все хорошее против всего плохого» в разных вариациях. Разница только в реальной силе той или иной партии. У нуротановцев и, предположительно, у адаловцев эта сила есть…

С. К.: В чем сила, брат? В слове? В программе? В персоналиях? В деньгах? Я говорю о силе партии. Силе в возможностях. А это и слово, и программа, и персоналии, и деньги. Будут деньги и влиятельные авторитетные персоналии – значит, и программа партии реальна для выполнения. Будет лишь «доброе слово» – значит, оно и останется. Говорить о том, что у нас, мягко говоря, далеко не все в порядке – много ума и силы не нужно. А вот стать действительно уважаемой политической силой – это совсем другое. Но, согласись, политический момент для обретения реальной силы у наших партий не наступил, и власть этот момент умело отодвигает, хотя бы и проведением нынешних выборов. Пар в котле никак не накапливается.

В. В.: Пар-то, может быть, и накопился бы, да опытный «шеф-повар» вовремя реагирует, то досрочными президентскими выборами крышку приоткроет, то материальными стимулами – вроде досрочного снятия пенсионных – силу огня отрегулирует. А выборы – это возможность добавить воды, чтоб не пригорело. Нам остается только наблюдать, а процессом, обсуждая ингридиенты, которые надо бы добавить…

С. К.: Ну хорошо, будем наблюдать. А ты сам-то пойдешь на выборы?

В. В.: На президентские я уже ходил, чего со мной до этого не случалось лет сорок. А теперь… Парламент у нас независимый, от него мало что зависит. Но что-то подсказывает: ситуация может измениться раньше, чем мы с тобой думаем. Вот тогда – определенно пойду.

СПРАВКА

Мажилис РК состоит из 107 депутатов. Избрание 98 депутатов мажилиса осуществляется на основе всеобщего, равного и прямого избирательного права при тайном голосовании по партийным спискам (то есть в результате выборов). Вопрос о том, кто из кандидатов попадает в парламент решается руководящим органом партии, после подведения итогов голосования и определения числа мандатов, получаемых партийным списком. Процентный барьер – 7%.

Девять депутатов мажилиса избираются Ассамблеей народа Казахстана.

Таким образом, в сейчас в мажилис входят представите- ли трех политических партий – «Нут Отан» (84 депутата), «Народные коммунисты» и «Ак жол» (по семь депутатов), еще девять – внефракционные. Согласно закону «О выборах в РК» депутатом парламента может быть гражданин Казахстана не моложе 25 лет, постоянно проживающий в республике последние 10 лет. Кандидатом в депутаты не может быть человек с непогашенной судимостью, а также осужденный за коррупционные преступления или правонарушения.

По конституционному закону «О выборах в РК» очередные выборы в мажилис назначаются президентом страны за пять месяцев до окончания срока полномочий депутатов действующего созыва. Касым-Жомарт Токаев объявил о предстоящих выборах в парламент 21 октября 2020 года.

Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество