221

Реформальный подход

Почему новые программы готовят те же люди, кто провалил старые?

ЖУРНАЛИСТЫ ВИКТОР ВЕРК И СЕРГЕЙ КОЗЛОВ – ОБ ИТОГАХ ЗАСЕДАНИЙ ПРАВИТЕЛЬСТВА И ВЫСШЕГО СОВЕТА ПО РЕФОРМАМ. [газетная статья]

Сергей КОЗЛОВ: Незабвенный Виктор Степанович Черномырдин сказал однажды: «Реформы находятся на таком этапе, когда они не видны». У нас же сегодня этап такой, что они как бы видны, во всяком случае после третьего заседания Высшего совета по реформам при президенте, нам наконец рассказали, куда пойдут реформы. Пойдут широко и, как всегда, масштабно. Читать и слушать эти четко изложенные «расписания на завтра» всегда интересно. Но вот что меня немножечко смутило. «С целью вхождения в число лидирующих государств мира предлагается определить три ключевых направления дальнейшего развития страны: качество институтов, благополучие граждан, сильную экономику». Понятно, что портной без понтов – это беспонтовый портной, но, казалось, что там, наверху, все же начинают поворачиваться к реальности, что ли…

Сергей Козлов.
Сергей Козлов.

ВИКТОР ВЕРК: «В ТОМ-ТО И ДЕЛО, ЧТО «ДРУГИХ» У ВЛАСТИ ДЛЯ НАС НЕТ! И НЕ БУДЕТ ДО ТЕХ ПОР, ПОКА ЭТА САМАЯ ИСПОЛНИТЕЛЬНАЯ ВЛАСТЬ НЕ ПРЕКРАТИТ ПИСАТЬ НОВЫЕ ПРОГРАММЫ ВЗАМЕН ПРОВАЛЕННЫХ СТАРЫХ, ДОВЕРЯЯ ИСПОЛНЕНИЕ ТЕМ ЖЕ, КТО ИХ ПРОВАЛИЛ».

Виктор ВЕРК: Позволь тебя немного поправить: наверху никто никуда не поворачивается, они все еще надеются на косметический ремонт фасада в доме, у которого давно повело фундамент. Вот красноречивая картинка: в алматинском микрорайоне Алгабас накренился очередной многоквартирный дом, который сейчас спешно укрепляют и подпирают. Рано или поздно эти подпорки ослабнут, и дом развалится окончательно. Тебе это ничего не напоминает? А ведь по-хорошему надо было снести к чертовой матери эти кривые дома, посадить проектировщиков и, главное, тех, кто подписывал проектно-сметную документацию и начинать проектировать и строить заново – за счет застройщика. Вот тогда и ПСД готовили бы на совесть, и стройматериалы не воровали!

Виктор Верк
Виктор Верк.

А сейчас нас убеждают, что можно «реформировать» накренившийся дом, не меняя СНИПы, не переписывая ПСД, а главное, не сажая вороватых заказчиков и подрядчиков. Председатель Высшего совета по реформам говорит: у нас есть Национальный план развития до 2025 года, теперь нужно разработать под него законодательную базу, госпрограммы по приоритетным направлениям, и будет нам счастье. Но кто готовил Нацплан-2025? Правительство, еще со времен ЧП продемонстрировавшее свою несостоятельность в качестве креативного органа. Президент Касым-Жомарт Токаев еще в январе 2020 говорил о необходимости подготовить апгрейд такого плана, актуализировав его с учетом новых вызовов. Но кабмин Аскара Мамина это президентское задание то ли провалил, то ли проигнорировал. Примерно тогда же рулевой партии «Нур Отан» поручил члену политбюро Мамину подготовить предвыборную программу партии, которую на съезде в ноябре огласил другой член политбюро Токаев. А теперь, судя по индикаторам, которые президент привел на заседании Высшего совета по реформам, непонятно: то ли Нацплан списан с партийной программы, то ли эта программа составлена по заготовкам Нацплана… Конечно, формально не придерешься: президент поручил учесть программные установки партии победителей при подготовке Нацплана – и они учтены. Но это все равно, повторюсь, что укреплять покосившийся дом, вместо того чтобы строить новый. И такое не скрыть бесконечными заклинаниями о повышении благосостояния народа, на что якобы направлены все усилия «реформаторов». Потому эти ритуальные пляски давно уже не завораживают зрителей…

С. К.: Вопрос о том, верят ли зрители во все эти «дефиле» реформ или не верят, звучит всегда как-то в пустоту. И вот почему. Если судить по соцсетям, то явно не верят. Общаясь офлайн с друзьями и знакомыми, вижу: тоже в большинстве своем относятся скептически. Но ведь большинство наших сограждан просто этим уже не интересуется. Значит, неинтересно? Их реформы не коснутся? Или то, что «спускается сверху», просто непонятно? Вот, например, в минувшую пятницу зрители услышали: «Обновленная система государственного планирования должна выстроить более гибкую архитектуру программных документов, повысить взаимосвязанность стратегического и бюджетного планирования…». Я, конечно, понимаю, что писалось это не для того, чтобы декламировать на сцене, но все же. Быть может, как-то по-людски изложить, что ли? Ведь пока что есть у нас люди, которые ждали...

СЕРГЕЙ КОЗЛОВ: «СТРАНА, КОТОРАЯ ЗА ТРИ ДЕСЯТКА ЛЕТ «УСПЕШНО» ОСУЩЕСТВИЛА ДЕИНДУСТРИАЛИЗАЦИЮ И ЖИВЕТ ГЛАВНЫМ ОБРАЗОМ ЗА СЧЕТ ВЫВОЗА ПРИРОДНЫХ РЕСУРСОВ, ОПЯТЬ ПРОВОЗГЛАСИЛА ОСНОВНЫМИ СВОИМИ ЦЕЛЯМИ ПОВЫШЕНИЕ КОНКУРЕНТОСПОСОБНОСТИ И ВХОЖДЕНИЕ В ЧИСЛО САМЫХ РАЗВИТЫХ ГОСУДАРСТВ МИРА».

В. В.: Переводить перлы, подобные приведенному тобой, с чиновничьего на человеческий язык политически рискованно. Если ты внимательно читал выступление президента на расширенном заседании правительства 26 января, то наверняка заметил: ключевые задачи, намеченные ранее, не выполнены, начиная с пресловутого «казахстанского содержания» в госзакупках и заканчивая налоговыми и таможенными сборами в казну. Последних, в сравнении с 2019-мв прошлом году, собрано почти на 20 процентов меньше. С налогами, учитывая качество фискального администрирования и бесконечные льготы, вызванные коронакризисом, картина наверняка не лучше. А закрывать эти прорехи они умеют только траншами из Нацфонда – явно не бездонного. «Гибкая архитектура» и «взаимосвязанность стратегического и бюджетного планирования» в переводе означает: денег нет, но вы держитесь. Однако, как ты понимаешь, признаваться в этом «народным языком» политически самоубийственно…

С. К.: Если кто-то не оправдал ваши ожидания, то это не его вина, ведь это ваши ожидания. Ты это хочешь сказать? А чего мы, собственно, ожидали? Что там, наверху, спустятся наконец на землю? Страна, которая за три десятка лет «успешно» осуществила деиндустриализацию и живет главным образом за счет вывоза природных ресурсов, опять провозгласила основными своими целями повышение конкурентоспособности и вхождение в число самых развитых государств мира. Ну и, как положено, «в настоящее время проводится работа по разработке проектов по цифровизации». Я лишь напомню слова президента, произнесенные полгода тому назад: «Выявились серьезные системные недостатки. Министерство образования вынуждено перейти на уроки по телевидению. Разрекламированная система E-Learning, как шутят остряки, «крякнулась». В E-gov также наблюдались перебои». А от себя добавлю: программа «Цифровой Казахстан» была принята в декабре 2017 года, и ее бюджет составил 141 млрд тенге. Нет, я не спрашиваю, где наши «умные города», которые этой программой были обещаны, я лишь хотел бы знать: кто сегодня «проводит работу по разработке проектов по цифровизации»? Может, другие, а не те, кто сделал так, чтоб все «крякнулось»? Кстати, а кто это и где эти цифровые люди сегодня?

В. В: В том-то и дело, что «других» у власти для нас нет! И не будет до тех пор, пока эта самая исполнительная власть не прекратит писать новые программы взамен проваленных старых, доверяя исполнение тем же, кто их провалил. Это все равно что наша практика борьбы с коррупцией. Старый служака Алик Шпекбаев (чьи борцы с коррупцией – то ли мушкетеры короля, то ли гвардейцы кардинала) может сколько угодно взывать к совести и нравственности, клеймя тех, у кого во время пандемии поднялась рука воровать выделенные на борьбу с ковидом деньги. Но чиновничья психология не меняется от одних увещеваний. Вот гремит сейчас история с модульным госпиталем, на строительстве которого из 5 миллиардов украдено 3,5. Сначала чиновника вроде бы задержали, потом вроде бы не задерживали, позже нам сообщили, что ведется доследственная проверка и «подозреваемых нет». О чем это говорит? О том, что наверху шел яростный торг. И немудрено, ведь по закону непосредственный начальник пойманного и осужденного за коррупцию должен подать в отставку. В случае с госпиталем первоначально в качестве задержанного назывался начальник управления. А его непосредственный шеф – либо сам аким, либо его зам, курирующий эту сферу. А такие кадры на дороге не валяются. Вот почему у нас не будет в обозримой перспективе ни быстрого интернета в каждом медвежьем углу, ни полноценного онлайн-образования, ни масштабной цифровизации экономики. Вместо всего этого – «потемкинские деревни» вроде народного IPO.

С. К.: Кстати, о нем. Вот кто бы вразумительно ответил: зачем это все это пытаются реанимировать? Даже не знаю, как к этому относиться. Что означают слова: нужно реализовать акции в первую очередь физическим лицам, гражданам Казахстана? Какие акции имеются в виду? Национальных компаний? Так граждане Казахстана и сейчас могут приобретать эти акции. Другое дело, что у нас нет реального корпоративного рынка ценных бумаг, где этими акциям можно было бы выгодно торговать. И в течение 20 лет его безуспешно пытаются создать. Почему не создали, это отдельная и яркая тема. Но регулярно кейс «народной приватизации» всплывает, как красивый разноцветный фонарик на карнавале, – его покажут, скажут, что он волшебный, и каждый участник обязательно получит от него что-то ценное. Но фонарик быстро гаснет, и все остаются с носом – до следующего карнавала.

В. В.: У нас нет реального рынка ценных бумаг, нет реального фондового рынка и, как следствие, нет реальной экономики. Сырье добывающие предприятия в руках иностранцев или наших компрадоров, акции предприятий которых торгуются на иностранных биржах, а прибыль уходит в заморские оффшоры. Вспомни, что сказал президент Токаев 26 января о свободных экономических зонах. Он припугнул акимов: или занимайтесь своими СЭЗ серьезно, или мы их просто позакрываем! А что такое СЭЗ? Это офшоры областного значения. И их, по сути, нечем заполнять – «серьезная» промышленность в областях работает на вывоз, а вся остальная лежит на боку. Послушай любого ответ чиновника облуровня – сплошной плач Ярославны…

А в акции «больших» наших компаний ни один серьезный инвестор сегодня не вложится. Хотя бы из-за «фактора Навального»: если Запад введет против России новые жесткие санкции, это ударит и по нашим сырьевым гигантам, большинство которых привязаны к России хотя бы логистически. Так что акции какого-нибудь условного «Казтрансойла» просто рухнут и перестанут интересовать даже «народного» инвестора. Тем более что коронакризис сильно ударил наш и без того небогатый средний класс по карману. Так что при нынешней социально-экономической погоде предлагать возродить народное IPO – популизм чистейшей воды.

С. К.: Соглашусь с тобой в том, что в ожидании хорошей погоды проходят лучшие дни. А погода-то портится. Об этом и президент говорил не раз. И о том, что нет времени на раскачку. И в минувшую пятницу было обещано: «В настоящее время проводится работа по разработке проектов по цифровизации, развитию агропромышленного комплекса, предпринимательства, конкуренции, защите окружающей среды и других. Эти документы должны быть разработаны и утверждены не позднее 1 июля этого года». Ну что, к лету окончательно и определимся?

В. В.: К лету они только подпишут бумаги. Когда заработают, и заработают ли описанные в них реформы, никто не знает. А уж к какому сроку поспеют плоды этих реформ... Боюсь, что насладиться ими, говоря словами поэта, «уж не придется ни мне, ни тебе»…

Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество