20

По партийному счёту

Смена лидера «Нур Отана» – в чём её смысл, подоплёка и значение?

ЖУРНАЛИСТЫ ВИКТОР ВЕРК И СЕРГЕЙ КОЗЛОВ – О НОВОМ ЭТАПЕ «ТРАНЗИТА ВЛАСТИ» И О ТОМ, ЧТО ЭТО МОЖЕТ ПРИВНЕСТИ В ПОЛИТИЧЕСКУЮ ЖИЗНЬ СТРАНЫ. [газетная статья]

Сергей КОЗЛОВ: Сегодня 1 декабря, День первого президента Казахстана, и мы поздравляем и нашего Нурсултана Абишевича, и всех наших сограждан с этим праздником, когда ровно 30 лет тому назад произошло это историческое событие – был избран первый президент независимой страны. Кто бы как к нему ни относился, но Нурсултан Назарбаев, безусловно, знаковая фигура в современной истории, сыгравшая в становлении республики ключевую роль. И вот накануне юбилея происходит событие уже новейшей истории, которое вызвало сильнейший резонанс: Елбасы заявил о намерении передать пост председателя правящей партии «Нур Отан» действующему президенту Касым-Жомарту Токаеву. И кто только уже не высказался об этом (только мы с тобой подзадержались) и что только не написали, не предположили. «Транзит власти закончился», «Елбасы уходит окончательно», «наконец-то власть определилась с дальнейшим курсом». Всё примерно в таком вот духе. Почти ни у кого не прозвучало сомнений в том, что мы вступаем в этап окончательного и плавного перехода из недавнего прошлого – через действительно транзитный промежуток – в реальное настоящее, в котором уже о пресловутом двоевластии говорить неуместно. А ведь совсем недавно кое-кто из «наблюдателей» утверждал, что никакого транзита нет и власть по-прежнему сосредоточена, и будет сосредоточена в одних руках. А Токаев – это, мол, некий «технический президент», или даже «проходная фигура». Сегодня эти кое-кто помалкивают. Хотя и раздаются реплики по поводу того, что Нурсултан Назарбаев ещё сохраняет у себя достаточно полномочий для корректировки политического курса или даже для его формирования. Ты вот всегда говорил о том, что транзит – это мираж и его в реальности нет. Ты и сейчас такого мнения?

Сергей Козлов.
Сергей Козлов.

Виктор Верк: Сложно сказать… Разве что спеть, как Винни-Пух: транзит – он такой интересный предмет, транзит если есть, то его сразу нет. А если серьёзно… Если серьёзно, то впору вспомнить неповторимого Булата Окуджаву: «Я много лет пиджак ношу, давно потёрся и не нов он. И я зову к себе портного, и перешить пиджак прошу…». Понимаешь, всё это напоминает многодетную семью, где младшим достаётся одежда, из которой выросли старшие. И вопрос лишь в том, сумеет ли второй президент перелицевать тот же «Нур Отан» так, чтобы партия стала конкурентоспособным политическим инструментом, а не нынешним слоном в партийной лавке. Ты, конечно, можешь возразить, что партии первого президента сейчас и конкурировать-то не с кем. И будешь прав… на текущий момент. А завтра всё может измениться, и последние станут первыми. В этом, кстати, убеждает опыт наших соседей-кыргызов. Наш транзит выглядит пристойно по одной простой причине: в «кубышке», оставленной предшественником, пока есть деньги, позволяющие преемнику удерживать корабль на плаву. У тех же соседей с этим напряжёнка, отсюда и разница в картинке. А вообще, транзит власти, в отличие от её смены партийно-политическими инструментами, как во всем цивилизованном мире, вещь зыбкая и ненадёжная: до конца не ясно, как поведёт себя преемник, окончательно лишившись опеки предшественника. В нашем случае дипломатический опыт и здравомыслие нынешнего хозяина Акорды внушают оптимизм. Но даже ему новых соратников взять неоткуда, а как поведут себя те, что есть, после неизбежного часа Х, остаётся только гадать: доставшийся младшему пиджак с плеча старшего может таить неожиданные находки в карманах и за подкладом, причём, возможно, и приятные. «Нур Отан» – как раз такой «пиджак»…

С. К.: Есть ещё мнение, что «Нур Отан» хотя и партия правящая, но отнюдь не ключевой инструмент власти. И потому Нурсултану Абишевичу негоже сейчас на него отвлекаться, а нужно сосредоточиться на куда более значимых инструментах. Например, на управлении фондом «Самрук-Казына», это важнее, если учесть, что через этот фонд идёт финансирование всех основных проектов в стране. А главенство в «Нур Отане» – теперь уже ответственность непосредственно Касым-Жомарта Кемелевича. И главное, за правительство, которое фактически эта партия формирует. То бишь Токаев теперь ответственен за весь проводимый им курс, и никто (в том числе и он сам) не вправе сказать, есть курс на реформы, но некоторые его не поддерживают, а кто-то и вовсе саботирует, а для проведения этого курса у президента не хватает неких полномочий или рычагов. Но вот сегодня он эти полномочия как бы получил. Я говорю «как бы», потому что есть ещё и рычаги нам не видимые, как ты сейчас сказал, «в карманах и за подкладом», то есть скрытые во властных коридорах и альковах. А там много кто обитает, сбившись в группы и кланы. Передача председательства в «Нур Отане» – это как бы сигнал всем этим обитателям: всё, курс определён, теперь нужно ориентироваться на того, кто возглавляет страну. И вместе с тем: ну а теперь посмотрим, как сейчас пойдут реформы. Пенять-то теперь не на что и не на кого. И вопросы формирования правительства, и назначения акимов, и составления партийных списков на выборах в парламент и в маслихаты – всё есть. Осталось только назначать нужных исполнителей и приступать наконец к реальным реформам. И если кто-то и вздумает волынить или саботировать – партбилет на стол, как было в прежние времена…

Виктор Верк.
Виктор Верк. 

В. В.: Да, ты прав… на первый взгляд. «СамКа» действительно экономический колосс и вроде бы весит куда больше правящей партии. Но не забывай о том, что и та и другая структуры заточены под конкретную руку, которая сегодня уже как бы не совсем на руле страны и государства. И объективно говоря, это естественно. Другой вопрос, хватит ли у новой руки сил и сноровки, чтобы удержать штурвал и не сбиться с курса? То, что президент периодически упоминает о «саботаже», интеллигентно намекает на камеры в тюрьмах, которых «на всех хватит», свидетельствует скорее о слишком тугом штурвале – плюс о некомпетентности, лени и элементарной нечистоплотности тех, кто в «машинном отделении». Это, понятное дело, не новость – я про машинное отделение – так было всегда. Но харизма прежнего шкипера заставляла команду хотя бы соблюдать субординацию, пусть и путая периодически берега. Ведь на самом деле «Нур Отан» никогда не был правящей партией, а только партией при правящем председателе. Ты наверняка помнишь, как только-только созданная на базе избирательного штаба Нурсултана Абишевича партия «Отан» под водительством Сергея Терещенко набрала на своих дебютных парламентских выборах чуть более 30 процентов голосов. И далеко не факт, что по итогам следующей парламентской кампании «Нур Отан» останется правящей партией… Нет, я вполне допускаю, что её организационно-административного ресурса хватит до конца первого президентского срока нового председателя. Но если к 2024 году вдруг выяснится, что партийная программа реформ не выводит страну на «путь перемен» и не обеспечивает «достойную жизнь каждому», тогда… Тогда Касым-Жомарту Кемелевичу останется приостановить своё членство в «Нур Отане» и начать с чистого, «беспартийного» листа – со своей уже командой, которая к тому времени может вырасти из того же Нацсовета общественного доверия и/или из президентского кадрового резерва. Не исключено, что дело дойдёт и до создания новой – уже чисто токаевской – правящей партии, которая и станет его командой…

С. К.: О том, есть ли команда у Касым-Жомарта Кемелевича или её нет, а опираться ему по-прежнему придётся на прежние кадры, выдвинутые ещё при первом президенте, говорят все и вся. Послушать такие разговоры, так можно сделать вывод, что и опереться-то не на кого. Не с кем, мол, реформы осуществлять. Ну и, как следствие, возникает вопрос: а где других реформаторов взять? Может, из среды оппозиции? Эти на реформируют, уж будьте спокойны. Вначале всё развалив и превратив даже то, что есть, в бесконечные склоки и раздраи. Они между собой договориться не могут, а уж когда дело коснётся реальной власти, то тут такие амбиции и претензии вылезут, что разгребать весь этот бардак придётся очень долго и очень жёстко. Но вот такой у меня вопрос: а почему всё-таки не на кого опереться? Что буквально все из старой гвардии такие уж снулые и замшелые консерваторы? Скорее всего, нет. Время заставляет меняться. И почему все считают, что и эта гвардия не станет меняться? Или уже не изменилась. Неужели в её рядах нет людей компетентных, понимающих серьёзность момента, дисциплинированных и ответственных. Конечно есть. Но вот насчёт самих реформ есть некоторые сомнения. Слово «реформа», безусловно, всегда привлекательно, и слышится в нём обязательно что-то новое, светлое и остро необходимое. А вот время ли сегодня для реформ? Парадоксально звучит? Если посмотреть, что происходит вокруг нас и внутри страны, то впору вообще подумать об усилении власти и об ужесточении контроля за всем и вся. Впрочем, можно предположить, что само развитие ситуации вынудит нас согласиться с тем, что придётся с очень многими преобразованиями ещё подождать. Или ты считаешь иначе?

В. В.: Чтобы что-то реально изменить, нужно не контроль ужесточать, это грозит окончательно парализовать всю государственную машину страхом перед наказанием. Время для реформ никогда не начиналось и не заканчивалось. Оно было, есть и будет всегда. Но парадокс в том, что поспешить с реформами нельзя, а вот опоздать очень даже можно. Вот и поди угадай, что правильнее и перспективнее – перешивать старый, вышедший из моды пиджак или срочно начинать кроить новый…

Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых