19

Не стреляйте в журналиста

В поисках истины он всегда натыкается на неудобную правду

КАК ЗАМЕТИЛ ПРЕЗИДЕНТ КАСЫМ-ЖОМАРТ ТОКАЕВ В СВЯЗИ С СОБЫТИЯМИ В АФГАНИСТАНЕ, НУЖНО ГОТОВИТЬСЯ К НАИХУДШЕМУ РАЗВИТИЮ СОБЫТИЙ. ПРИЧЁМ КАСАЕТСЯ ЭТО НЕ ТОЛЬКО ВОЕННЫХ И СЛУЖБ БЕЗОПАСНОСТИ. ЕСЛИ ПРОИЗОЙДЁТ ТО САМОЕ «НАИХУДШЕЕ РАЗВИТИЕ», ТО В ЗОНУ БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ ПРИДЁТСЯ ОТПРАВИТЬСЯ И ЖУРНАЛИСТАМ. ОБ ЭТОМ ШЛА РЕЧЬ НА МЕЖДУНАРОДНОЙ ОНЛАЙН-КОНФЕРЕНЦИИ, ОРГАНИЗОВАННОЙ «РУССКИМ ДОМОМ В ТАШКЕНТЕ». [газетная статья]

«НИ ОДИН УДАЧНЫЙ КАДР НЕ СТОИТ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ЖИЗНИ»

Так уж повелось, что сотрудники казахстанских средств массовой информации практически не работают за рубежом. И уж тем более в нашей стране нет ни одного настоящего представителя опасной профессии «военного журналиста», – те, что катаются по войсковым частям и рассказывают про учения, не в счёт. Таким образом, всю информацию о том, что творится за пределами Казахстана, в том числе и в горячих точках, мы получаем из-за его пределов. То есть, от зарубежных СМИ.

Нужны ли нам свои военные корреспонденты? Если учесть, что совсем недалеко от казахстанских границ сегодня идут боевые действия, то, думается, вопрос этот – риторический. А потому опыт наших коллег из России, прошедших не одну войну, может оказаться весьма полезным. И они им охотно поделились в ходе прошедшей на днях международной онлайн-конференции, организатором которой выступил «Русский дом в Ташкенте».

– Нам не хватает специалистов в этой области из Таджикистана, Узбекистана и Казахстана, – сказал, в частности, военный корреспондент ВГТРК Александр Сладков, – Россия одна не может полноценно анализировать то, что происходит в Средней Азии. И нам нужна помощь, так что я надеюсь на продуктивное взаимодействие по освещению событий, происходящих в регионе.

По словам военного корреспондента ТВЦ Алексея Борзенко, военная журналистика – это очень тяжелый труд.

– Это грязь, кровь и прочий негатив, – говорит он. – Обычно, когда журналист попадает на войну в первый раз, девять из десяти второй раз не едут. Но самая страшная война для военного журналиста – та, которая идёт на территории его страны. Здесь работать тяжелее всего. Переходить на другую сторону нельзя. Хотя, если вспомнить первую чеченскую, некоторые журналисты ходили к боевикам и работали с той стороны.

Наш коллега также считает, что в работе военного корреспондента самое главное – моральные принципы.

– Представьте ситуацию, когда на ваших глазах ранило человека. Что вы будете делать: снимать его агонию или уберёте в сторону камеру и будете его бинтовать? Мы обычно убираем камеру. Потому что ни один кадр не стоит человеческой жизни.

КТО ЛОВИТ ХАЙП ОТ ВОЙНЫ?

Бывший военно-политический обозреватель «Первого канала», а ныне руководитель «Русского дома в Белграде» Евгений Баранов, подчеркивая опасность работы военных корреспондентов, вспомнил журналистов Гостелерадио СССР Виктора Ногина и Геннадия Куринного, погибших в бывшей Югославии 1 сентября 1991 года:

– Эта страна в этом смысле стала отправной точкой в постсоветский период. Первые журналисты новой России Ногин и Куринной погибли 30 лет назад именно там. До сих пор неясны все обстоятельства их гибели. Расследования проводились неоднократно. Но окончательных результатов по сей день нет. Известно лишь то, что погибли они геройски.

-

По словам Баранова, именно в Югославии произошло разрушение базовых принципов журналистики:

– Нас учили принципиальности, объективности, беспристрастному подходу к обеим сторонам конфликта, необходимости трезво смотреть на вещи, анализировать, не выбирая сторону. Работая в этой стране, мы, будучи молодыми в то время журналистами, свято верили, что источником всех этих ценностей, их хранителями являются наши западные партнёры и коллеги. Так вот именно Югославия привела меня к мысли о том, что к 1999 году мир сильно изменился. И журналистика, особенно военная, перешла в плоскость военного противостояния. Когда камера зачастую превращается в более серьёзное оружие, чем автомат. На наших глазах события стали подаваться так, чтобы подогнать их под те или иные политические решения.

Судьба несчастной Югославии как раз яркий тому пример, когда начиная с 1993-94 года шла совершенно осознанная лоббистская кампания крупнейших западных СМИ по демонизации Сербии для совершенно чётких политических действий, приведших в конечном счете к бомбардировкам Белграда и окончательному развалу страны. Ни один из шагов блока НАТО на этой территории не проходил без соответствующего информационного сопровождения и медийной кампании.

– Мы в тот момент ещё испытывали иллюзии о беспристрастности наших западных коллег, пытались на них равняться, – говорит Евгений Баранов, – искренне старались подавать информацию с двух сторон. И при этом выглядели на их фоне весьма бледно. Потому что против нас уже шла информационная война, но мы еще этого не осознавали и не понимали. Мы были открыты миру, молоды и наивны. Соблюдали все правила игры в то время, когда нас уже дубасили по головам откровенной западной пропагандой.

Осознание этого пришло несколько позже. По словам Евгения Баранова, сегодня российские военные корреспонденты вынужденно загнаны на одну из сторон противостояния. И это, по его мнению, самая главная проблема в условиях, когда с одной стороны идет пропагандистская война, а с другой – доступ к средствам массовой информации получило огромное количество людей непрофессиональных. Совершенно безответственных. Не осознающих того, что они делают.

– Из-за них эфирный хайп превратился в базовое понятие современных электронных масс-медиа, – сказал он по этому поводу. – И когда этот хайп распространяется на войну, нет ничего более чудовищного, потому что эта неконтролируемая и лживая информация всегда используется какой-нибудь из воюющих сторон.

Ну и, конечно, военным корреспондентам требуется смелость, это неотъемлемое их качество.

– Журналисты менее защищены, чем участники боевых действий, – говорит главный редактор издания News Front Константин Кнырик. – Как правило, наши оппоненты в информационных войнах не заинтересованы в работе журналистов в горячих точках. Нередко для наших коллег создаются невыносимые условия, в том числе и посредством снайперов. Потому что многие военные конфликты сегодня можно было бы предотвратить, если бы люди о них изначально знали полную правду через медиа. И чтобы эту правду скрыть, определённые силы делают так, чтобы журналистов не было ни с той, ни с другой стороны.

В этой связи он привёл пример борьбы с терроризмом в Сирии – как она освещается с российской стороны, насколько Россия пытается убедить мировое сообщество, что тот или иной объект, по которому был нанесён удар, был террористическим. Это и съёмки с воздуха, и работа военных корреспондентов в поле.

– Но если мы сейчас пролистаем 20-летнюю «героическую» борьбу с терроризмом американцев в Афганистане, то у нас будут определенные трудности, с тем чтобы найти именно военные кадры, военную хронику этой борьбы.

Об этом же говорил и корреспондент издания «Sputnik Узбекистан» Рамиз Бахтияров:

– Совсем недавно я был на узбекско-афганской границе, дежурил там несколько дней. Наблюдал за ситуацией, мониторил. И на самом деле та сторона, будучи не заинтересованной в объективном освещении событий, всячески препятствует получению достоверной информации. Однако мне удалось найти источники, и, глядя на ситуацию в Афганистане, сегодня я могу сказать, как американские журналисты в течение 20 лет пудрили всему миру мозги, рассказывая, как доблестная американская армия уничтожает терроризм. На поверку же оказалось, что все это было ложью.

Айдар ЕРМЕКОВ

Оставить комментарий (0)
Акция! Заправляйся выгодой на Qazaq Oil

Топ 5 читаемых