79

Мы готовы ко всему

Пандемия коронавируса и все её последствия привели к социально-экономическому кризису по всему миру, беспрецедентному по своим масштабам

КАК В ТАКИХ РЕАЛИЯХ СОХРАНИТЬ СТАБИЛЬНОСТЬ КАЗАХСТАНСКОЙ ЭКОНОМИКИ И ЧТО НУЖНО УЧЕСТЬ В ПЛАНАХ БУДУЩЕГО РАЗВИТИЯ СТРАНЫ? НА ЭТИ ВОПРОСЫ ПРЕДСЕДАТЕЛЮ ПРАВЛЕНИЯ АО «АГЕТСТВО «ХАБАР» ЕРЛАНУ БЕКХОЖИНУ В ПРОГРАММЕ «НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИНТЕРЕС» ОТВЕТИЛ МИНИСТР НАЦИОНАЛЬНОЙ ЭКОНОМИКИ КАЗАХСТАНА АСЕТ ИРГАЛИЕВ. [газетная статья]

О ТОМ, КАК МЫ ВЫДЕРЖАЛИ УДАР КОВИДА

Ерлан БЕКХОЖИН: С начала пандемии государство оказало серьёзную поддержку экономике. Если судить по цифрам, то общий объём антикризисных мер составил 6,3 трлн тенге. Это 9% от ВВП. И что интересно, по исследованию Агентства по регулированию и развитию финансового рынка, без трансфертов из Нацфонда экономика упала бы дополнительно почти на 7%. Насколько были оправданны такие затраты, какой-то анализ проводили?

Асет ИРГАЛИЕВ: Весь мир столкнулся с самым масштабным кризисом за последние сто лет. Во всех странах применялись меры контрциклической макроэкономической политики, это было и в нашей стране. Были скоординированы меры фискально-бюджетной и денежно-кредитной политики. Мы увидели, как государства выделяли на поддержку рабочих мест, поддержку бизнеса, в связи с тем что были ограничения, локдауны. Первый острый вопрос для бизнеса – оборотный капитал. И туда было направлено льготное кредитование. Мы использовали широкий спектр инструментов, который есть в контрциклической макроэкономической политике. Это было стимулирование как предложения, так и спроса. Вы помните, и налоговые отсрочки давались, и освобождение от платежей в фонд оплаты труда, и вопросы, связанные со стимулированием фискально-бюджетной политики. И мы увидели: в рамках этой поддержки, несмотря на пандемию, продолжалось масштабное строительство инфраструктуры, жилья. В прошлом году был введён рекордный объём жилья – 15 млн кв. метров. Это же и рабочие места, и доходы. И инфраструктура – дороги в плановом режиме строились, модернизировались. Помните, были временные денежные выплаты 42 500? По 73 странам проведены исследования того, сколько в них было выделено на борьбу с пандемией коронавируса и её последствиями. Насколько я помню, Япония, Германия, Италия – у них ушло на эту борьбу более 40% от ВВП. Если брать Казахстан в этом исследовании, то по уровню устойчивости мы заняли 7-е место, а вот по уровню расходов на антикризисные меры 34-е.

Е. Б.: Это что значит?

А. И.: Что Казахстан потратил не так много в сравнении с другими странами, но при этом сохранил устойчивость экономики. Каждый выделенный тенге оказался эффективным, чтобы обеспечить экономическую устойчивость. Если обратиться к цифрам, то реальный сектор у нас в прошлом году стал основным драйвером экономики. Доля обрабатывающей промышленности впервые превысила долю добывающей. Это достаточно знаменательно в условиях кризиса, в условиях таких крупных внешних шоков. Реальный сектор показал свою устойчивость и конкурентоспособность.

ГДЕ ПОМИМО НАЦФОНДА МОЖНО НАЙТИ ДЕНЬГИ?

Е. Б.: Когда ситуация более или менее выправилась, президент Касым-Жомарт Токаев указал на необходимость сокращать трансферы в бюджет. То есть Нацфонд выполнил роль подушки безопасности. Теперь же надо её восстанавливать. Каким образом?

А. И.: Сейчас мы над этим работаем. Глава государства поручил разработать концепцию управления государственными финансами, которая консолидированно возьмёт на себя все принципы фискально-бюджетной политики в широком понимании. Сейчас у нас в действие войдёт фискальное правило, которое подразумевает использование средств Нацфонда не более, чем туда поступает.

Е. Б.: Сколько поступило, столько можем потратить?

А. И.: Не больше. Мы разрабатываем систему таких фискальных правил, которые помогут сберечь средства Нацфронда и провести контрциклическую макроэкономическую политику.

Е. Б.: А если неожиданно «черный лебедь» выскочит, что тогда?

А. И.: Будем смотреть по ситуации. Есть несколько источников доходов – кроме Нацфонда, есть доходные статьи бюджета, а это вопросы повышения налоговой эффективности, то есть борьба с теневой экономикой, вопросы повышения эффективности расходования бюджета, вопросы, связанные с приоритетностью, с эффективностью субсидий, мер поддержки и так далее. Где-то можно искать резервы.

ВОПРОС ОТ ГАЗЕТЫ «АРГУМЕНТЫ И ФАКТЫ КАЗАХСТАН»

Е. Б.: Интересный вопрос пришёл от наших информационных партнеров – редакции газеты «Аргументы и Факты»: «О диверсификации казахстанской экономики говорят вот уже тридцать лет, и в своих посланиях народу Казахстана фактически о ней же говорит и президент страны Касым-Жомарт Токаев. Вместе с тем уже сформировалось твёрдое мнение о том, что Казахстану якобы предписано оставаться страной с сугубо сырьевой экономикой. Как вы считаете, есть ли у нашей страны всё же шанс изменить этот не очень-то почётный статус?

А. И.: Я думаю, шанс есть. Я не совсем согласен с таким тезисом. Диверсификация экономики – единственный долгосрочный источник повышения благосостояния казахстанцев. Это именно то направление, над которым надо работать. Успехи есть, заложен прочный фундамент, я думаю, у нас в рамках Национального плана до 2025 года есть конкретные планы и проекты. Особое внимание уделяем привлечению инвестиций. Это базовое условие для диверсификации экономики. Ключевое. Сейчас правительство работает над тем, чтобы сформировать новый инвестиционный цикл такой постпандемический, есть пул инвестиционных проектов, есть чёткое видение по отраслям в разрезе регионов, какие инвестиционные проекты будут внедряться. У нас в правительстве регулярно собирается инвестиционный штаб. Там рассматриваются конкретные вопросы, точечно с каждым инвестором. По всей цепочке добавленной стоимости с держателем капитала проводится работа, чтобы привлечь инвестиции в нашу экономику, это и внешние, и внутренние инвестиции. Я думаю, тот факт, что обработка превысила добычу, как раз доказательство этих работ. У нас прогресс есть, я уж не буду возвращаться на 10 лет назад, когда была другая структура. Но вопросы, связанные с диверсификацией, считаю приоритетными, у нас прогресс есть. И я уверен, что в ближайшей пятилетке мы увидим очередной, серьёзный шаг вперед в этом вопросе.

О РИСКАХ И ЦИФРОВОЙ ЭКОНОМИКЕ

Е. Б.: Одно из самых больших опасений, которые звучат сегодня – внедрение искусственного интеллекта. С одной стороны, прогресс, он помогает. С другой – опасность в том, что начинает заменять многие профессии. И соответственно, это скажется на занятости. Вы тоже как-то к этому готовитесь? Что даёт нам цифровая экономика?

А. И.: Безусловно, мы к этому готовимся. Это основной вызов для многих стран сегодня. Именно структурные изменения. Эти процессы влияют на рынок труда, они требуют комплексного подхода. Это одна из причин, по которой глава государства поручил сформировать новую систему формирования рынка труда. Над этим сегодня работают мои коллеги из отраслевых министерств. Это комплексный подход, здесь есть замещение некоторых профессий в связи с цифровизацией, но у нас в развитии нашей экономики есть и другие вызовы, связанные с тем, что и структура экономики меняется. Появляется актуальность каких-то профессий, какие-то специальности будут менее востребованны. Буквально недавно у нас в правительстве было совещание по этому вопросу. С учётом спроса идёт анализ, формируем предложения, какие профессии будут более востребованны. Должны быть качественные рабочие места, где казахстанцы смогут получать достойную заработную плату.

Е. Б.: Президент в своем послании отметил важность моделирования рисков, проведения стресс-тестов и проработки разных сценариев развития экономики. Проводится ли министерством мониторинг и анализ внешних и внутренних рисков для экономики?

А. И.: Безусловно, нами такой анализ проводится даже в рамках бюджетирования, так называемый прогноз социально-экономического развития. Мы всегда формируем три сценария: оптимистичный, пессимистичный, базовый – на три года вперёд. Регулярно Институт экономических исследований делает такие стресс-тесты. Например, если изменится цена на нефть, движения капитала, с изменением внешнего и внутреннего спроса – как это всё повлияет на основные макроэкономические показатели страны. В мировой экономике сегодня присутствует высокая доля неопределённости, это можно видеть и на различных котировках. Сейчас многие говорят, формируются пузыри на финансовых рынках. Есть проблемы с глобальными долгами, они сейчас достигли рекордного уровня, есть вопросы с торговыми потоками, как дальше будет развиваться международная торговля, какой будет цена на нефть. Эксперты говорят, что в ближайшей перспективе она будет в районе 70-80 долларов за баррель. Кто-то говорит, до ста будет доходить. Сегодня во всем присутствует высокий фактор неопределённости. Если мы раньше могли видеть какую-то динамику на два-три года вперед, то сегодня ситуация меняется быстро. Например, в прошлом месяце мы не могли ожидать, что цена нефти будет 80 долларов. Я думаю, это связано с ключевым фактором – пандемией коронавируса. И все экономические процессы напрямую с ней связаны.

ОБ ИНФЛЯЦИИ И ЦЕНАХ НА ПРОДУКТЫ

Е. Б.: Но в то же время президент в своем послании обратил внимание на то, что «Нацбанк и правительство оказались бессильными перед инфляцией». Вот здесь какая работа проводится?

А. И.: Сформирован план реагирования. Он включает в себя два направления. Первое – краткосрочные меры быстрого реагирования: это вопросы, связанные с конкуренцией. Агентство по развитию и защите конкуренции с помощью специальных инструментов выявляет необоснованный рост цен и принимает необходимые меры, для того чтобы их снизить. Другие вопросы, связанные с формированием стабилизационных фондов: есть меры, регулирующие максимальную наценку на социально значимые продовольственные товары. Второе направление – системные меры. Вопросы с формированием современной товаропроводящей системы, в рамках которой у нас строятся 24 оптово-распределительных центра. Если смотреть по цепочке, как формируется цена на потребительские товары начиная с оптового звена, то логистика формирует порядка 30% надбавки. Это говорит о том, что вопросы, связанные с товаропроводящей системой, выходят на первый план.

Е. Б.: То есть вы всю цепочку отслеживаете?

А. И.: Да, есть штаб, созданный в цифровом офисе, который регулярно заседает. Там они в живом режиме мониторят изменения цен на социально значимые продовольственные товары. Из системных мер можно выделить пул проектов, которые направлены на импортозамещение, снижение импортозависмости, есть комплексный план по обеспечению нашей экономики отечественными товарами. Там выделено 29 основных товаров, из них по 11 обеспеченность составляет выше 100%, по 12 – выше 80%, по 6 сейчас ведётся работа по насыщению рынка. В этом году проекты по 37 товарно-молочным фермам реализованы, до 2023 года будет 70. И так по каждой товарной группе есть конкретные инвестиционные проекты и видение, как регулировать ситуацию.

Е. Б.: А что для вас национальный интерес?

А. И.: Интересы родины, интересы моей страны, где я живу. С точки зрения моего министерства – интересы национальной экономики. Чтобы экономика развивалась устойчиво и качественно, при этом повышая благосостояние всех казахстанцев.

Подготовил Сергей КОЗЛОВ

Оставить комментарий (0)
Qazaq Oil

Топ 5 читаемых