Примерное время чтения: 5 минут
40

На фоне фонда

ПЕРВОПРИЧИНОЙ СЛУЧИВШИХСЯ В НАЧАЛЕ ЯНВАРЯ СОБЫТИЙ ПРЕЗИДЕНТ КАСЫМ-ЖОМАРТ ТОКАЕВ НАЗВАЛ НЕДОПУСТИМЫЙ РАЗРЫВ В ДОХОДАХ БОГАТЫХ И БЕДНЫХ КАЗАХСТАНЦЕВ. ДЕЙСТВИТЕЛЬНО, КОГДА 160 ГРАЖДАН ВЛАДЕЮТ АКТИВАМИ, КОТОРЫЕ СОСТАВЛЯЮТ БОЛЬШЕ ПОЛОВИНЫ ВСЕГО ВВП СТРАНЫ, ТО ЭТО БОЛЬШЕ, ЧЕМ ВПЕЧАТЛЯЕТ. ЭТО ЗАСТАВЛЯЕТ ЗАДУМАТЬСЯ О УКЛАДЕ НАШЕЙ ЭКОНОМИКИ. [газетная статья]

СЕКТА «СТОШЕСТИДЕСЯТНИКОВ»

Да, вначале он был провозглашен рыночным, но таковым не случился, потому что определяющей силой в нем стала коррупция. Ее ржа затормозила новенькие механизмы рынка, постепенно подменив их на свои схемы. Воплощением последних стал квазигосударственный сектор казахстанской экономики и его лидер – Фонд национального благосостояния (ФНБ) «Самрук-Казына».

Михаил Чирков.
Михаил Чирков.

Какое мнение сформировалось об этой структуре у населения, лучше всего говорит его прозвище: «семь рук у казана». Памятуя о том, что фонд постоянно накачивается бюджетными деньгами, имея при этом крайне низкую эффективность, президент Токаев поручил контролирующим органам внимательно разобраться с его деятельностью. Обратив при этом особое внимание на его госзакупки. И добавил, что если «Самрук» реформировать не получится, то его надо ликвидировать.

Представляется, что это последнее замечание совсем не лишено оснований. Поскольку большинство фондов (и не только казахстанских) заметно и активно фонят. Навскидку: фонд Сороса профинансировал немало цветных революций; фонд Рокфеллера президент Сербии Александр Вучич буквально несколько дней назад обвинил в спонсировании выступлений против власти и преследовании коммерческих интересов. Надо думать, глава государства, ранее не замеченный в критике западной демократии, имел достаточно оснований для своих слов.

Так вот эти, условно говоря, старые мультимиллиардеры играют через свои фонды вдолгую, на годы вперед, шаг за шагом идя к своей цели. Другое дело – нувориши молодые и дерзкие. Фонды им пока служат для вывода (или увода) капитала и, конечно, для его накопления. Причем вполне себе законным способом.

Заглянем в наш закон «О государственных закупках». В первой же его статье пункт шестой выводит из сферы применения этого закона национальные управляющие холдинги (НУХ), национальные компании (НК) и аффилированные с ними юридические лица. То есть всех их, любезных, не подвели под закон, а закон подвели под них. Другими словами, поставили над законом. Вот любезные и поехали: абсолютное большинство госзакупок в квазигоссекторе стало производиться из одного источника, как правило, аффилированного с ним – «раззудись рука, распили пила!».

Но им и распила мало. По данным Счетного комитета, с 2019-го по 2022 год в квазигоссекторе из 2 триллионов тенге прибыли почти 150 миллиардов тенге составили дивиденды – вознаграждение руководителям разных НУХов и НаКов. Это к тому вопросу о недопустимом разрыве в доходах «стошестидесятников» и «пятидесятников» (это казахстанцы, которые имеют доход 50 тысяч тенге в месяц).

Представляется, что таких фондов, как «Самрук», быть у нас не должно. Ссылки на то, что наш ФНБ создавался по образу и подобию сингапурского фонда Temasek, а также на эмиратский холдинг Mubadala или саудовский Cуверенный фонд, нельзя считать корректными, там все другое: идеология, законы, исполнение законов. И даже уровень коррупции совсем другой – близкий к нулю.

…С настороженностью воспринял новость об образовании нового фонда – «Қазақстан халқына». Особенно два момента: первый – способ его наполнения средствами и второй – статус фонда и его попечительский совет. По первому моменту. Было сказано, что Минфин должен будет договариваться с богатыми компаниями о размере их ежегодного взноса в этот фонд. Договариваться – это в каком смысле? Нашем, казахстанском, или сингапурском?

По второму. Почему фонд было решено сделать неправительственным и почему было сказано, что попечительский совет фонда сформирован из числа честных и видных деятелей нашего общества?

ШЕСТОЙ ПОДВИГ ГЕРАКЛА

Сначала я подумал, зачем надо было искать честных и видных деятелей, когда избранные (в самом прямом значении этого слова) члены нашего общества уже есть – они заседают в парламенте? Однако сопоставив статус фонда как неправительственного и неподконтрольного парламенту, понял, что будь наоборот, понесли бы туда свои средства физические и юридические лица нашей страны? Ответ очевиден.

Люди, например, видят, что новое-старое правительство, похоже, не совсем понимает президента. Иначе само бы поспешило расшивать узкие места и освещать темные. Например, проверить месторождения не только на предмет их функционирования, но и посмотреть, отвечают ли нашему закону договоры компаний-недроразработчиков с государством и выполняются ли они.

Или, например, проверить пастбищные угодья, на которых сельчане не могут пасти свой скот, потому что земли эти отданы в залог банкам. А заодно с пастбищами проверить и пустующие, зарастающие сорняками поля, взятые загодя отечественными латифундистами для последующей выгодной продажи. А парламенту помочь президенту? И с этой целью наконец принять многострадальный проект закона о деофшоризации.

А также лежащий под тем же сукном законопроект о всеобщем декларировании доходов и публичном декларировании – руководителей всех рангов, а также публичных лиц. Или инициировать закон о люстрации капитала, то есть проверке чистоты его происхождения на предмет наличия коррупционной составляющей. Благо, международная практика на эту тему имеется.

Можно такой список продолжать долго. Да что толку? Образно говоря, две эти ветви власти с нынешней листвой – не помощники. Как и другая ветвь – судебная, которая в первую очередь нуждается в коренном обновлении.

Даже трудно представить, какой объем работ нужно сделать, сколько ржавчины предстоит снять с конструкций государства, а где нужно – их заменить.

…Свой шестой по счету подвиг Геракл совершил, очистив Авгиевы конюшни. И тем самым вписал свое имя на многие-многие века.

Михаил Чирков, обозреватель

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых