На прошлой неделе состоялась ещё одна премьера замечательного казахстанского режиссёра Рубена Андриасяна. Пусть в его отсутствие среди нас и вообще на этой земле. Происходила она не в почтительной тишине театрального зала, а на тёплой предосенней улице, рядом с домом, в котором Рубен Суренович провёл многие годы жизни.
Можно сказать, что в этот день он вернулся в родное гнездо после нескольких лет отсутствия – сначала из-за отбытия к детям за океан, а позже в иной мир. Теперь вернулся уже навсегда, что подтверждает мемориальная доска в его честь, выполненная казахстанским скульптором Эдуардом Казаряном и торжественно установленная на стене дома.
Премьера не может обойтись без аплодисментов. Их было немало на режиссёрском веку Андриасяна, всколыхнулись они и на этот раз, когда скользнуло полотно с каменного рельефа, открыв знакомый миллионам поклонников театрального искусства профиль. Всю жизнь чуждый пафоса, сдержанный в выражении эмоций, что, прямо скажем, нехарактерно для кавказского человека, он, возможно, приостановил бы кого-нибудь из выступавших на торжественном алматинском мероприятии. И всё-таки обожание, смешанное с печалью, звучавшее в речах собравшихся, не было дежурной данью, соответствующей моменту.
В Национальном русском театре драмы имени Михаила Лермонтова народный артист и лауреат Государственной премии Казахстана, главный режиссёр, театральный педагог Рубен Андриасян был первым среди равных. Так называется и фильм о нём, снятый несколько лет назад известным режиссёром -документалистом Игорем Гонопольским. И чем, собственно, объясняется почти сорокалетний стаж служения в Лермонтовке, где до него должность главрежа была для многих проходной, если не сказать, расстрельной…
Мудрость в сочетании с большим художественным талантом, непрерывный поиск в творческом процессе, человечность в отношениях с коллегами, прочные дружеские связи, единственная, с молодости, супруга – сплав столь высокой пробы дорогого стоит и не мог быть не оценен по достоинству и близким кругом, и в театральном цеху. Ещё потрясающая самоотдача, когда после гастролей от самолёта увозит с инфарктом скорая. Потом долгие годы борьбы с тяжёлым недугом, спорить с которым помогала родная сцена, носящая теперь имя Рубена Андриасяна.
Народ велик своей одухотворённостью, которую рождают творцы искусств, мастера слова. Первая мемориальная табличка в Великобритании была открыта в 1867 году в честь лорда, поэта-романтика Джоржа Гордона Байрона на месте его рождения в Кавендиш-сквер лондонского района Вест-Энд по решению Королевского общества искусств. Славная мировая традиция, продолжаемая из века в век, должна и на нашей территории блюстись неукоснительно, дабы не подвергались забвению досточтимые служители муз. Иначе как объяснить зияющую пустоту с крюками, оставшимися на месте когда-то установленной памятной доски советскому и казахстанскому театральному режиссёру, народному артисту СССР Евгению Диордиеву? Или хранящуюся лишь в архиве Лермонтовского театра память о гениальном Льве Тёмкине, народном артисте Казахстана, ушедшем из жизни в 1993 году?
Слов нет, нерукотворные памятники признанным мастерам художественного перевоплощения живут в сердцах имевших счастье знать и видеть их вблизи, на сцене, на киноэкранах. Но хотелось бы также земного, материального подтверждения реальности их судеб!
Можно с полным основанием считать, что счастливый творческий маршрут Рубена Андриасяна продолжается. Его постановки давно встали на крыло, их создатель, наблюдая с высоты лучшего из миров за традиционными аншлагами, может быть спокоен. Если бы не маленькая, но горчащая деталь: на мемориальной доске его имени не нашлось уголка для подписи на русском языке…
Светлана СИНИЦКАЯ
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
