Примерное время чтения: 9 минут
53

Что почём по-американски  

День благодарения на Пятой авеню в Нью-Йорке.
День благодарения на Пятой авеню в Нью-Йорке. из газетных материалов

Один из главных мифов об Америке – здесь буквально каждый может очень быстро заработать миллионы. Своим трудом, талантом, ну, плюс немного удачи. А в целом Америка будто бы специально создана для того, чтобы ты приехал сюда безвестным эмигрантом, проявил предприимчивость и находчивость, раскрыл свои дарования и оригинальность, и доллары так и польются в твой кошелёк сначала ручейками, а потом уж и потоками обильными [газетная статья]...

СЕСТЬ НАДОЛГО. НА ПОСОБИЕ

О том, какие ныне цены в Нью-Йорке, мы писали в прошлом нашем экскурсе неделю тому назад, но тема эта, на наш взгляд, достойна более подробного рассказа. Мы уже отмечали довольно заметную дороговизну Америки даже в сравнении с тем, что было, скажем, лет пять тому назад. Это порою даже раздражает, цены на вещи, продукты или услуги, которые ранее виделись даже в Нью-Йорке вполне адекватными, теперь воспринимаются как явно несоразмерно высокие. В первую очередь это касается продуктов питания.

Ну скажите, может ли стоить полбатона белого хлеба 4,20 доллара? Может-то он может, да, скорее всего, не должен. Да и хлебушек отнюдь не самого высшего качества. А фунт (это примерно 453 грамма) картошки 3,75 доллара? А капуста по 9 долларов?

Сценка на Юнион-сквер, где каждый вечер устраивают ярмарку местных сельхозтоваров:

– Ты гляди-ка, клюва по восемь долларов, – говорит пожилая женщина (явно «одесского» вида) на музыкальнейшем русском языке своему мужу, – а в магазине она по три…

Аклюквочки-то можно на восемь зелёных покушать, опять же, только фунт, да яблочки по 12 баксов за тот же фунт, да петрушка по два «зелёных» за пучок. В общем, продолжать ещё можно долго, но, думается, картинка с американского базара довольно ясная – особо, как говорится, не полакомишься.

Закономерный вопрос: так сколько же они здесь зарабатывают? А по-разному. Немало, надо заметить, и тех, кто вообще ничего не зарабатывает и живёт так годами, иногда складывающимися в десятилетия. Нередко такие «беженцы» встречаются и среди наших бывших. Приезжает такой персонаж в «эту страну» (как они любят выражаться), и если удаётся выдать себя за политического оппозиционера, борца с авторитаризмом за свободу всех от всего, активиста гей-сообщества или гонимого за веру, то есть шанс сесть на пособие, и сесть надолго. Причём на пособие нехилое, надо сказать.

Но доказать свою значимость непросто, однако доказывают, и платит американский налогоплательщик после этого за нашего бывшего соотечественника, как говорится, по всем счетам. И за жилье, и за общественный транспорт, и за неплохое питание, и вообще за карманные расходы. Ведь жить-то человеку в «этой стране» как-то надо?

Вот так торгуют ягодой и фруктами на Манхэттене.
Вот так торгуют ягодой и фруктами на Манхэттене. Фото: из газетных материалов

А ВОТ СОЦИАЛИЗМ – ЭТО ПО-АМЕРИКАНСКИ?

– Лучше всего здесь живётся либо реально богатым или просто очень состоятельным, либо отъявленным бездельникам.

Это слова бывшей казахстанки Алины, которая в США уже пятнадцать лет, богатые всегда в выигрыше при любой инфляции или дефолтах. В крайнем случае еще «зелёных» напечатают, это же в их власти. А бездельники есть такие, что поколениями сидят на шее у нас, кто налоги платит.

Сама Алина была преподавателем искусства, живя в Казахстане. А в США перепробовала всякое – и в банке работала, и в частной фирме, а теперь трудится в социальной службе в Бруклине, разбирается со всякими претензиями граждан, которые постоянно жалуются на нарушения своих прав. Местом своим Алина дорожит чрезвычайно, потому как теперь она считается социально защищённой, с гарантированным доходом (правда, по американским меркам невысоким) и перспективой роста. И вообще на госслужбе спокойнее, прав у человека больше.

Как известно, в Америке спрашивать «сколько ты зарабатываешь?» дурной тон. Мы и не спрашивали, стало ясно из беседы, что почём. За однокомнатную квартирку в том же Бруклине Алина платит около 980 долларов в месяц. Это, по её словам, около трети зарплаты. Половину оставшихся денег отдаёт государству в виде налогов, а на оставшиеся живёт. Причем сама воспитывает 13-летнего сынишку. Чтобы попасть в число получателей каких-то преференций, частичных пособий и прочих социальных выплат, нужно иметь от 15 до 20 тысяч долларов годового дохода в год. Но не больше.

– Но таких денег тут никто не зарабатывает, если живёт своим трудом, – говорит она, – на такие деньги, скажем, в Нью-Йорке прожить невозможно. Вот и я не подпадаю ни под какие выплаты и за всё вынуждена платить сама, да ещё налоги отдавать, чтобы кто-то, кто не хочет пахать, все эти пособия получал.

И ещё: есть в Америке, оказывается, практика предоставления социального жилья. То есть местные власти обязывают строителей жилых домов выделять пару-тройку квартир в новом доме для социально незащищённых групп населения. Да, за такое жилье обладателям нужно платить, но не 980 долларов в месяц, а в 3-4 раза меньше, и, конечно же, нечасто такая жилплощадь бывает однокомнатной (или, по-американски, одна спальня), ведь, как правило, на пособия живут целыми семьями, в которых бывает несколько детей. И живут так из поколения в поколение. Ну чем не «американский социализм»?

Блошиный рынок в Бруклине.
Блошиный рынок в Бруклине. Фото: из газетных материалов

БАЗАР, НО ЭЛИТАРНЫЙ

Блошиный рынок… Это ведь не только живописно, но иногда и полезно для познания страны, города, общества. Истории, культуры и в целом умения этих людей сохранять память о том, что было давно и не очень, как работали их предки, что их интересовало. Чтобы узнать, каков местный блошиный рынок, мы не поехали в район Вильямсбург, на тот толчок, что активно рекламируется и описан множество раз, а решили посетить более экзотический и малоизвестный – в районе Индастри-Сити.

Находится он тоже в Бруклине, в старых корабельных доках, переоборудованных ещё и под мелкие магазинчики и лавки, кафе и бистро. Сделано здесь всё довольно просто, но со вкусом, удобно и для нас весьма непривычно. Можно ходить длиннющими коридорами-тоннелями весь день, покупать всякую всячину, тут же пить-есть, рассматривать какие-то картины, перфомансы, даже выставки, странные композиции, диковинные конструкции не пойми чего.

Причём это не торговый центр, а именно место, выделенное для мелких ремесленников и торговцев, которые платят за свои помещения мизерные суммы. Здесь нет известных брендовых вещей, всё самодельное и домотканое. Но сделанное порой так, что диву даёшься мастерству местных часовщиков и сапожников, краснодеревщиков и ювелиров. То есть торгуют здесь исключительно оригинальными поделками, которых в супермаркетах и торговых центрах не найдёшь. И цены на всё это, признаться, не такие уж ожидаемо высокие. Скажем, в Европе подобные вещи стоят раза в два дороже как минимум.

Но рынок старины и вообще всякого ретро – это отдельно, хотя тоже в старых доках. Здесь и публика какая-то неамериканская собирается. Такое ощущение, что большинство этих продавцов были когда-то хиппи (или остались таковыми, только волосы подкоротили) и теперь пытаются жить на свете, торгуя «своим миром», предметами своей когда-то возникшей именно в Америке тогда ещё молодёжной контркультуры. Торгуют пластинками (ах, какой у них есть винил!), афишами рок-групп 50-х, 60-х и 70-х годов, фотографиями, автографами своих знаменитостей, одеждой той эпохи и т. п.

Нет, безусловно, здесь море и других вещей и предметов, к хиппи, битникам и рокерам не относящихся. Но вот именно персонажи с обликом а-ля Джим Моррисон задают здесь, на наш взгляд, главный лейтмотив.

ВЫ ХОТИТЕ КУПИТЬ «РЕВОЛЬВЕР»?

И тематика всего этого скопления «древностей» почти сплошь американская, за исключением разве что лавки, в которой продавалось всё, что имеет отношение к британской группе «Битлз». Есть тут и первые фотоаппараты «Полароид», и электролампы 30-х годов прошлого века, и «порнографические» игральные карты 40-х годов (знали бы их создатели всю высоту своего целомудрия, если б окунулись в сегодняшнюю виртуальную сеть…).

Можно ли создать себе представление об истории Америки по этой «экспозиции»? Отчасти да. Здесь много уникальной старой одежды, посуды, украшений, книг, мебели. Есть совершенно изумительные детские игрушки и первые радиоприёмники. Но какого-то целостного ощущения старой Америки на этом рынке, признаться, не присутствует. Это скорее место, где собираются не просто продавцы древностей, а публика, как мы уже заметили, куда более изысканная, со вкусом и более чувствительным, что ли, отношением к теме.

– Вы хотите купить «Револьвер»? – спрашивает потёртый временем продавец-битломан не менее потёртого покупателя, рассматривающего битловскую пластинку, выпущенную в Америке.

– Да нет, просто экземпляр какой-то необычный, – растерянно отвечает тот.

– Этот альбом из самой первой серии, отпечатанной в США, – воодушевленно начинает свою «арию» возбуждённый продавец, суетливо выходя из-за прилавка, – такого нет даже в Лондоне. Вот здесь, видите, особое клеймо звукозаписывающей фирмы «Кэпитол»…

Ох, сколько таких «арий» услышано буквально на всех континентах! И везде почти одно и то же: это же первопресс, посмотрите на лейбл, такого вы не найдёте больше нигде. И Бруклин – не исключение…

 Сергей КОЗЛОВ

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых